След на весеннем снегу

Антона вызвали просто поговорить, чтобы версию отработать, а у него во внутреннем кармане куртки ключи от троекуровского снегохода обнаружились. На рамке при входе зазвенели. Он их и выложил. Вот ведь какая штука."

"– Что? – Миле показалось, что она ослышалась. – Но это же чушь какая-то. Зачем забирать с собой такую важную улику, как ключи, особенно если учесть, что снегоход остался на краю поля?

– Я вижу, ты и без меня немало знаешь. – Васин смотрел на нее внимательно.

– Так я не с одним вами разговариваю, – призналась Мила. – Олег Иванович, если Антон убил Троекурова, то забрать ключи было верхом глупости. Да еще и с собой их носить несколько дней, чтобы в полиции на рамке зазвенеть.

– Человека убить не так просто, – покачал головой бизнесмен. – Уж после этого точно не в себе будешь. Может, он эти ключи случайно подобрал и в карман сунул, да потом в состоянии аффекта и забыл. В общем, ключи сильно против него сыграли, потому и ордер на его задержание выписали.

– Олег Иванович, я знаю, что вы пригласили дорогого адвоката, чтобы он Калину защищал. Ее только благодаря этому так быстро отпустили. И попросил вас это сделать Савелий Гранатов. Вы можете с ним договориться, чтобы адвокат и Антону помог? Я его, конечно, только один раз видела, но не мог он убить. У него же по лицу все, как по открытой книге, читается.

– Ишь ты, какая быстрая, – взгляд Васина стал еще более внимательным, острым. – Это тебе Савелий сказал, что адвокат – его рук дело?

– Нет, я сама догадалась. Только не понимаю, чем это Калина так ему дорога.

– Ну, эти чужие дела я с тобой точно обсуждать не буду. – Слова его прозвучали столь категорично, что Мила поняла: не будет. – Если хочешь, то сама у Савелия и спроси. Поняла? И про адвоката заодно.

– Олег Иванович, а вы Гранатова откуда знаете?

Васин снова посмотрел на нее тяжелым немигающим взглядом.

– Девочка, поверь, что к интересующей тебя истории это отношения не имеет. А наши дела с Савелием – только наши, и ничьи больше. Если у тебя все, то я бы хотел вернуться к работе.

Со стороны это выглядело так, словно ее вежливо выставляют. Впрочем, так оно и было. Она уяснила для себя, что в отношениях Гранатова и Васина была какая-то тайна, и эту тайну стороны свято хранили, не пуская в нее посторонних. Ничто не разжигало любопытства Милы больше, чем тщательно охраняемые чужие тайны.

– Спасибо, что помогли, Олег Иванович, – сказала она, вставая. – Если получится решить с адвокатом для Антона, было бы здорово.

Она вышла в холл гостиницы и завертела головой в поисках своего охранника. Тот же предупредил, что будет внутри. Николай действительно обнаружился у стойки регистрации, где разговаривал со смутно знакомой Миле девушкой, высокой, гибкой, симпатичной.