Весеннее жертвоприношение

Но она видела, что колебания Хейке продолжались дольше.

О, Хейке, Хейке, ты вынужден пойти на это!"

"Он проглотил зелье. Теперь обратного пути уже нет. Словно едва различимый шорох травы, невидимое скопище подошло ближе к нему.

Она видела, что Хейке хватает ртом воздух. Он прижал руки к грудной клетке.

— О, нет, — тихо промолвила Винга. — Ты не должен заболеть! Нет, любимый мой! Свет моей жизни! Мое страстное желание!

Ну вот, слава Богу, он снова выпрямился, продолжая стоять на коленях. Взял третий небольшой сосуд.

И тут Винга поняла, что он выпьет все семь. Почувствовала себя почти больной. Она знала, что находится в двух последних. Там были такие жуткие вещи, что Винга не хотела даже думать о них. Предпоследний сосуд был связан с могилами, а в последнем были смертельные яды.

Многое было взято из клада Людей Льда. И во всех семи сосудах крошечная щепотка волшебного корня. Уже он сам был достаточно ядовит, чтобы лишить человека жизни.

Сейчас Хейке взял в руки сосуд, заполненный соками наркотических растений. Волшебный корень тоже был наркотиком.

«Хейке, не покидай меня, — молила Винга. — Если ты примешь это, потеряешь сознание, уйдешь из мира и от меня».

Поляну сейчас, казалось, заполнили невидимые существа. Свободной от них оставалось только небольшое пространство около заколдованного круга.

Хейке испытывает боль, она это могла видеть. Тебе нужна помощь? — хотелось ей крикнуть. Но ей было запрещено что-либо говорить, чтобы не вывести его из транса.

Новый небольшой сосуд, на этот раз с афродизиатическими средствами для усиления полового влечения. Как будто он в этом нуждается!

Ей показалось, что сейчас Хейке уже полностью окружен.

После каждого осушенного сосуда он читал новое заклинание. Или каждый раз это было одно и то же? Ей казалось, что они звучали словно призыв, были манящими, притягивающими.

В этом было что-то зловещее.

Она сейчас действительно что-то слышала, или это была игра воображения? Бормочущие, приглушенные голоса? Нет, как она глупа, на поляне царит смертельная тишина.

Хейке вынужден был сделать паузу. Винга видела, как пот приклеил его волосы ко лбу и стекал ручьями вниз по лицу. Тело его было блестящим, дыхание напряженным. Видимо, он испытывал огромную боль. Это ее не удивляло.

«Стоит ли действительно Гростенсхольм такой жертвы?» — думала она. Ведь это действительно была жертва, весенняя жертва, даже если этой ночью в жертву силам природы не будет принесена девственница.

Уф, что это за мысли сейчас?

Но они должны вернуть себе Гростенсхольм. Не из-за материального выигрыша, материально не заинтересованы ни Хейке, ни она, но во имя будущего всех Людей Льда, во имя их освобождения от проклятой зависимости. Сейчас справиться с этим могут только Хейке и Винга.