Весеннее обострение

Саффа была не в балахоне! На ней было платье! Обыкновенное скромное платье, дамы такие по утрам на домашний завтрак надевают — без причуд, без украшений, прямое приталенное… черного цвета.

— Саффа, — позвал я и сам удивился, какой у меня тихий и беспомощный практически голос получился. Ну да слабость чувствую, все-таки раненный герой, но голос от чего вдруг сел? Не иначе как с перепугу. От решения родителей конечно, а не от вида Саффы в платьице этом.

— Что? — мне показалось, еще немножко и Саффа возле моей кровати на колени бросится и начнет мне подушку поправлять и все такое, чем обычно заботливые сиделки занимаются при раненых героях. А Иоханна, язва такая, стоит и ухмыляется.

— Саф, тебе черный цвет не идет.

— Ты… ты… — зашипела волшебница.

— Лин, с каких это пор ты стал советчиком по дамским нарядам? — вмешалась Иоханна. — Или у тебя легкое помешательство на фоне стресса?

— Злая ты, Ханна, — проворчал я, и веселиться мне расхотелось, но все равно не удержался, закончил свою речь, — Саффа, это платье тебе идет больше, чем балахоны эти твои ужасные. Хоть и черное. Во всяком случае, я теперь вижу, что у тебя есть грудь.

— Придурок! — заорала Саффа, гневно сверкая глазами, — лежит тут, чуть не умер, а на уме глупости всякие!

— Если только ты себе в корсет не подложила что-нибудь.

Тут словесница и вовсе рассвирепела. Если бы не Иоханна, она бы мне точно по морде дала.

— Дурак ты, Лин! — прикрикнула принцесса, быстренько Саффе рот ладошкой прикрыв, чтобы значит она не колданула чего со злости.

— Да, я дурак, — смиренно согласился я, — проявлять интерес к вашей придворной волшебнице только дурак и может.

— Ничего себе проявление интереса! — прошипела Саффа, уворачиваясь от принцессиной ладошки. — Если ты ко всем дамам так интерес проявляешь, то я не понимаю, что они в тебе нашли?

— О, все дело в моих больших красивых глазах, — томно проворковал я и одарил ее таким взглядом, что следующими словами наша словесница почти в прямом смысле слова подавилась и закашлялась.

— Лин! — с упреком произнесла Иоханна и тоже взглядом одарила. Меня. Да, только она так смотреть может — я себя сразу последним засранцем почувствовал. Подумать страшно! Мне даже стыдно стало и очень захотелось перед вороной этой волшебной извиниться!

— Девочки, — прошептал я, вспомнив вдруг о том, что я все-таки раненный, — идите отсюда, вы мне регенерировать мешаете.

— Хрен там! — прорычала Саффа. Надо же какие она слова знает. — Не ври! Не нужно тебе регенерировать, Юсар рану твою полностью залечил.

— Юсар? Это твой новый дружок? Ах, Саффа, как ты могла изменить Каро, он же тебя так любит!

— Я его сейчас убью! — обратилась волшебница к Иоханне и исчезла.