Весеннее обострение

Вот только этот престарелый волшебник и двое стражников.

— Нет-нет, молодой человек, — шепчет старик, — я не вижу на Вас каких-либо следов воздействия. Нет-нет, Вы не правы. Ай-ай! Как нехорошо обманывать людей. Мне из-за Вас пришлось отрываться от дел. Ай-ай!

— Смотрите лучше, — говорю я.

— Я посмотрел. Никаких следочков. Совсем никаких. Уж простите, но придется Вам отвечать по всей строгости закона. За воровство, молодой человек.

— Может быть, кто-то другой… — теряя надежду, шепчу я, и получаю в ответ:

— Да кто же? Нет на Вас воздействия. И смотреть Вас больше никто не будет. Нету!

Маг, шаркая, уходит. Остаюсь один. Все потеряно. Все потеряно! Если Мерлин не появится в ближайшее время, я не знаю, что мне делать.

Часа через три, не знаю, появляется один из тюремщиков и сухо сообщает мне о планируемой на завтра казни. Меня повесят. Не отрубят голову, а повесят. Это значит, что Аннет не верит даже в мое благородное происхождение. А впрочем, какая разница?

— И им уже даже неинтересно, откуда я взял перстни? — горько усмехаясь, произношу я.

— Видать, это неважно, — отвечает тюремщик, и уходит, лязгнув напоследок замком.

Я угнетен, и не только новостью о том, что завтра, скорее всего, моя жизнь прекратится, но и всем безумием происходящего. Разве такое могло произойти со мной? Это странно, чудовищно, нелогично.

Когда-нибудь, конечно, Мерлин объявится и объяснит Аннет, что она сделала. Вот только мне не станет от этого легче. Ну совсем эта мысль меня не утешает! Никак роль безвинной жертвы не примеряется.

— Аннет! А где Вальдор? — жизнерадостно улыбаясь, интересуется Дуся.

Да, мне тоже интересно, где отец. Уехал?

Мама улыбается в ответ не менее счастливо и заявляет:

— А что он там делает? — спрашиваю я.

— А! К казни готовится.

Мать легкомысленно машет ручкой, типа не обращайте внимания, мелочи жизни.

— К какой казни? — продолжаю интересоваться я.

— Да тут у нас кое-что произошло…

— Мама! Я не понимаю!

— Ханна, доживешь до моих лет — поймешь.

— В самом деле, — вмешивается Терин, — что произошло?

— Ничего такого. Просто у меня закончилось терпение. Давайте, я велю накрыть столы…

Мать прячет взгляд, а у меня мурашки по коже. Это что же такое здесь произошло во время моего отсутствия? И как это все исправить?

— Мама, ты серьезно?

— Совершенно серьезно, — отвечает королева, — да не переживайте вы так! Ничего с Вальдором страшного не произошло. Хотите, я велю его сюда привести?

Терин задумчиво чешет переносицу, Дульсинея просто стоит с открытым от изумления ртом. Кир делает вид, что его это не касается, и, в общем-то, так оно и есть.