Весеннее обострение

— Остальные отправлены домой, — холодно сказал Кардагол, — ты можешь это проверить, Терин?

Терин прикрыл глаза и удовлетворенно кивнул.

Я не стала напоминать этому недотраханному Повелителю времени, что он забыл отправить Иоханну, которая стояла рядом со мной и цеплялась за мою руку. Слишком сильно — синяки наверняка останутся. Ладно, Иоханна пусть остается, у нее личный интерес в виде полковника, который стоит позади Кардагола в числе остальных 182 человек. Но кое-кого все же следует прямо сейчас отправить.

— Ты про Лина с Саффой забыл, — подсказала я.

— Они пусть останутся, — весело так сказал Кардагол, — вдруг пригодятся.

Он придуривается что ли? Для чего ему Лин и Саффа? Ладно, потом разберемся.

— Ну что ж, Терин, начнем. А то я уже устал ждать.

Кардагол протянул руку ладонью вниз над жаровней, на высокой треноге. В ней вспыхнуло пламя, неестественного серо-стального цвета. Вспыхнуло и тут же погасло. Из жаровни выплеснулся густой голубоватый дым и по залу такой запашок пошел, скажу я вам — закачаешься! Каннабис широколиственный осталось только добавить для полноты картины, чтобы мы все тут нанюхались и начали всячески веселиться.

А потом весь этот дымок начал собираться под потолком, над жаровней. Сначала это было похоже на тучку, потом тучка начала втягиваться в потолок и вскоре на ее месте образовалась воронка. Мы с Терином хоть и стояли чуть поодаль, но я даже отсюда ощущала, как из воронки исходит притягивающая сила. Думаю, если бы мы стояли ближе, нас бы туда как в пылесос затянуло.

— Я свою часть ритуала выполнил, — торжественно сказал Повелитель времени. — Теперь твоя очередь, Терин. Что там, в инструкции говорится о крови победителей и побежденных? Ты ведь понимаешь о чем я?

Терин стоял неподвижно и молчал. Не знаю, о чем он думал, но, судя по нерадостному выражению лица, ничего гениального не придумывалось.

— Зато я не понимаю о чем ты!

Я решила, что пора вмешаться, а там глядишь, и Терин свою думу до конца додумает.

— Дульсинея, любовь моя, ну какая же ты недогадливая, — упрекнул Кардагол, — на жертвенник должна пролиться соединенная в одно кровь победителя и побежденного.

— Ага, — тупо буркнула я, как всегда, не поняв намека, — ну и кто же счастливый жертвенный барашек?

— Терин, ну почему у тебя такая бестолковая жена? Дуся, ты хоть в курсе, что меня твой предок Мерлин Первый победил?

— Нет, я в истории не сильна, — равнодушно призналась я, — хватит уже, Кардаголчик, зубы мне заговаривать, лучше толком объясни, почему у супруга моего настроение ниже ватерлинии упало?

Повелитель времени закатил глаза, демонстрируя высшую степень утомленности моим обществом, и попробовал намекнуть по-другому.

— Прости, Дульсинея дорогая, что сразу не назвался тебе полным именем.