Веселый Роджер

Фигня: губа разбита и небольшой синяк на скуле. Глаза, конечно, бешеные, очки бы надеть. Оглядываю салон в поисках Артёминых – не нахожу.

Кустов протягивает мне салфетки, поворачивает ключ в замке зажигания, и машина срывается с места. А я тщательно вытираю лицо и шею, откидываюсь на сиденье и позволяю векам сомкнуться, отсчитываю импульсы.

– Хей, ты давай держись, Белов, не уплывай. Ты же можешь, так долго жил без эпизодов.

– Пытаюсь.

– Пытайся лучше, – бормочет Кустов. Сам бледный, взволнованный, двигается резко, дергано. Нервничает, что ли? – Тебе телохранителя нанять, может? Скинемся всей семьей на большого дядьку, будет таскаться за тобой всюду, у толчка караулить. Стоит ненадолго отвернуться, ты опять в подвале, Вик! Кто маньяк на этот раз?

– Черт, заткнись. Это с работой связано.

– Хей-хей, ты глаза не закатывай.

Он несильно ударяет кулаком по моей ноге, я резко отталкиваю его руку и получаю ощутимый толчок в плечо.

– Ты еще тут? Вик, пошли уже Настю к дьяволу, в прошлом они с Чердаком. У тебя сейчас все по-другому. Никто больше не будет мучить тебя ради удовольствия. Давай говори, чего эти твари хотели. Будем разбираться.

– Студия сгорела.

Но Артём прав. Хотели бы – прикончили. Может, я действительно себя накручиваю? Но как не накручивать, когда знаешь, какие люди бывают. Иногда реальная жизнь страшнее фильма ужасов. Невольно ожидаешь самого худшего.

– Трындец. Ладно, это херня. Ты ж женишься скоро. Наконец нашлась девица, которая готова тебе дать хотя бы в темноте.

Я смотрю на него, прищуриваюсь.

– Что, неужели и при свете тоже? – Кустов обхватывает лицо ладонями, делано качает головой.

Когда он вот так паясничает, хочется прибить, ей-богу. Открываю рот, но он перебивает, резко тормозя перед светофором, я даже вперед подаюсь от неожиданности:

– Вернее, кто ее тебе нашел? Может, сейчас именно тот момент, когда стоит сказать дяде Артёму спасибо? – смеется.

– Иди ты к черту.

– Курить хочешь?

– Да.

Артём съезжает с дороги и паркуется, выходит из машины и пропадает из поля зрения. Возвращается с двумя прикуренными сигаретами, одну пихает мне в рот. Делаю крепкую затяжку. Едем дальше.

– Мы уже скоро доберемся. Держи себя в руках, Вик. Я серьезно, брат. Думай о хорошем. Что в твоей жизни самое лучшее? Спорю, невеста моя.

– Бывшая.

– Увы. Чудесная, да? Давай о ней поговорим? Обсудим Веру?

– Угомонись.

– Хочешь, я тебе несколько советов дам насчет ее привычек и пристрастий? О позах поговорим, Белов? Ты ведь так жизнь с ней проживешь и не узнаешь, с твоими-то… хм, особенностями.

– Бл*дь.

– А хочешь, расскажу, как первый раз ее, а? Интересно?

– Бл*дь, Кустов, я тебя убью сейчас!

Сажусь прямо и, позабыв о безопасности, с силой толкаю его.