Веселый Роджер

– Твою ж мать! – злится Артём, тоже пытаясь сорвать мешок, ощупывает его. – Ты как всегда, неудачник, вляпался! Не снять, я сейчас, подожди.

– Эй, стой! – Я не хочу, чтобы он уходил. Удерживаю за плечо крепко.

– Пошли. – Кустов дергает меня вверх, помогает встать на ноги, перекидывает руку через шею и тащит. – У меня есть нож в машине.

– Горло мне перерезать?

– Хорошая идея, но не сегодня.

Артём прислоняет меня к обжигающему капоту машины. Я тут же сползаю вниз, на корточки.

– Ты как? Держись, брат.

Он снова рядом, оттягивает мешок так, что пережимает веревкой горло, и я едва не задыхаюсь, но это длится несколько секунд, после чего Артём наконец освобождает меня и отшвыривает мешок в сторону. Я тут же падаю на колени и жадно хватаю свежий, сладкой болью наполняющий легкие воздух.

– Кто так с тобой? Сука, полицию вызвать? Или сами разберемся? – Артём собран, напряжен, руки сжаты в кулаки. Готов к бою."

"Знаю я этот его взгляд – не стойте на пути. В детстве всегда был мне сигналом бежать. Внезапно улыбаюсь.

– Ну так что?

Отрицательно качаю головой, припоминая, что стало с Костиковым, его бизнесом и всеми теми, кто с ним хоть как-то связан.

Анатолий Петрович со мной не закончил, он не ожидал, что от одного запаха топлива я способен отключиться. Даже пульс мне, кажется, щупали. Растерялись и… уехали за помощью? Нужно уносить ноги, пока не вернулись.

Прорывная снова пытается подчинить. Наверное, это отражается на моем лице, так как Кустов матерится, накидывая на меня свою ветровку. Я тут же упаковываюсь, застегиваю молнию до горла, после чего забираюсь в машину.

– Где твои таблетки?

Киваю в сторону старого гаража, в котором находился. Сколько же времени я там пробыл в отключке? На улице темнеет, закат такой красивый сегодня – яркий, на полнеба. Думал, и не увижу больше никогда. Даже свалка-промзона, где мы находимся, выглядит сейчас живописной и завораживающей. Артём срывается с места, на ходу включая фонарик на телефоне, возвращается через несколько минут, протягивает мне портмоне, ключи от «Кашкая».

– Заглянул внутрь, таблетки твои на месте. И деньги. Значит, это не ограбление?

Я качаю головой. Горло все еще саднит, рот открывать не хочется.

– Не можешь ты жить скучно, Вить. Вечно какая-то хрень с тобой случается. Гараж был закрыт снаружи на щеколду. Ты бы сам не выбрался. Хорошо, что у меня все еще подключена возможность поиска твоего мобильного.

Тем временем я достаю таблетки – не те. Те, что с собой – не помогут, Прорывную не заглушат. Тяжелая артиллерия осталась дома. Утром собирался в спешке, забыл положить.

– Хреново?

– Да. Поехали домой скорее.

– В больницу, может? У тебя кровь на лице.

– Домой, мать твою. Езжай!

Я опускаю козырек, открываю зеркало, рассматриваю лицо.