Сохраняя веру

 – Иэн вздергивает бровь; камера берет его лицо крупным планом. – И я надеюсь, что миз Уайт, мать Веры, придерживается таких же взглядов.

– Стоп! Снято!

Иэн отворачивается и, взяв у ассистента полотенце, вытирает с лица пот и грим. Затем берет у другого ассистента свои записи и удаляется в «Виннебаго», не обращая внимания на гул толпы, которая его слушала.

Люди либо поняли, либо нет.

Иэн прекрасно знает, что произнесенный им текст можно истолковать двояко: то ли он, уподобляя Мэрайю Аврааму, обвиняет ее в сутенерском использовании ребенка в угоду средствам массовой информации, то ли он хвалит ее за попытку хоть как-то оградить дочь от этих алчных сил. Что подумают зрители, Иэну, честно говоря, не так уж и важно. Его волнует реакция Мэрайи и продюсера. Желательно, чтобы эти двое поняли сказанное им по-разному.

Дверь открывается и закрывается. Джеймс садится, кладет ноги на стол и непринужденно произносит:

– Неплохо. Только я думал, что ты побольше скажешь о ребенке.

– Об Исааке?

– О Вере Уайт. – Джеймс пожимает плечами. – Мы ведь здесь уже несколько недель торчим. Подозреваю, зрители ожидали большего.

– Чего, например?

– Ну не знаю… Больше эмоций, больше напора. Доказательств, а не красивых фраз.

Иэн чувствует, как у него на щеке начинает дергаться мышца.

– Говори прямо, чего ты хочешь, Джеймс.

Продюсер поднимает руки:

– Боже правый! Не хватай меня сразу за горло!

– Кажется, у меня репутация агрессивного засранца? Сейчас я ее оправдаю.

– Иэн, я только хочу напомнить тебе, что ты, когда уезжал отсюда, говорил мне по телефону про какие-то новые обстоятельства в этой истории. Теперь ты вернулся и делаешь уже второй выпуск подряд, едва упоминая о ней? Иэн, дойная корова здесь Вера Уайт. Она же золотая жила. Авраам с Исааком – это, конечно, хорошо, но ими можно было бы заняться и после того, как телеканал подпишет с тобой новый договор. – Джеймс заглядывает Иэну в лицо. – Очень надеюсь, что это все неспроста. Что ты держишь за хвост сенсацию, которая произведет эффект разорвавшейся бомбы. – Иэн не меняется в лице, а Джеймс хмурится. – Ты меня слышишь?

Иэн медленно поворачивает голову и, глядя своему продюсеру в глаза, произносит:

– Бум!

– Это Бетельгейзе, – объясняет Вера. – Красная звезда в созвездии Ориона.

Сидя на одеяле с футбольными мячиками и кутаясь в свое пальто, Кензи смотрит на ночное небо.

– А это Телец, – продолжает девочка. – Орион пытается его застрелить.

– Ты много знаешь о звездах.

– Мы их в школе изучали, когда я туда ходила. И папа иногда показывал мне созвездия.

Впервые Вера по собственной инициативе упоминает об отце.

– Тебе нравилось рассматривать звезды вместе с ним?

– Угу.

Кензи подтягивает колени к груди.

– А мой папа играл со мной в хоккей.