Сохраняя веру

– Даже во время мировых войн враждующие стороны прекращали огонь в Рождество, – тихо произносит Иэн.

– Что?

– Мэрайя, я предлагаю вам перемирие. – В его устах ее имя журчит, как водопад. – Я хочу сказать, – улыбается он, – что хотя бы только здесь и только сейчас мы могли бы истолковать наши сомнения в пользу друг друга, как предполагает презумпция невиновности. Вероятно, я не такой уж и монстр, каким вы меня себе представляете.

Она улыбается в ответ:

– Не скромничайте.

Иэн смеется, и Мэрайя понимает, что если он внушает страх, когда ведет себя враждебно, то, ослабляя оборону, он становится еще опаснее.

Глубокой ночью, когда Вера и Мэрайя уже давно спят, Иэн прокрадывается к ним в комнату и останавливается перед их кроватью с таким видом, будто оказался на краю обрыва. Мэрайя обнимает Веру, как тесто обнимает начинку пирожка. Их волосы переплелись друг с другом на подушке. Кажется, будто они не два разных человека, а два воплощения одного.

Вечер прошел лучше, чем Иэн ожидал, учитывая происшествие на озере. Перемирие поможет ему выиграть время для того, чтобы расположить Мэрайю к себе, завоевать ее доверие. И сам он, конечно, должен вести себя так, будто доверяет ей. А это в каком-то смысле чертовски просто: Мэрайя выглядит как совершенно нормальная мать, а Вера – как совершенно нормальный ребенок. Пока между ними не вклинивается Бог.

Озеро Перри, штат Канзас, 23 октября 1999 года

Вера сидит рядом с мистером Флетчером за столом, а мама готовит завтрак.

– На завтрак мы можем выбрать, – бодро говорит ее мама, – «Чириос», «Чириос» или, если пожелаете, «Чириос».

– Я выбираю «Чириос», – отвечает мистер Флетчер и улыбается маме.

Вера сразу ощущает: что-то изменилось. Словно бы дышать стало легче.

– Как себя чувствуешь? – спрашивает он.

– Нормально, – отвечает Вера и чихает.

– Я бы не удивилась, если бы она простыла, – говорит мама, ставя перед ней миску с колечками.

– Дайте ей витамин С, – говорит мистер Флетчер. – Большая доза витамина С поможет победить простуду.

– Это все бабушкины сказки. Так же эффективно, как носить чеснок на шее.

Вера смотрит на взрослых и ничего не понимает: у нее такое ощущение, будто, пока она спала, мир перевернулся с ног на голову. В прошлый раз, когда она видела маму и мистера Флетчера вместе, они так орали друг на друга, что голова раскалывалась. А теперь болтают о лекарствах от простуды, словно ее, Веры, тут вовсе и нет.

Молча встав, она подтаскивает табурет-стремянку к шкафчику и достает со средней полки еще одну миску. Наполняет ее овсяными колечками «Чириос» и ставит на стол – туда, где никто не сидит.

– У тебя такой аппетит, что ты ешь за двоих? – спрашивает мистер Флетчер.

Вера смотрит на него с вызовом:

– Это не для меня. Это для Бога.