Без компромиссов: Гонки по вертикали. Я, следователь… (сборник)

– Хорошо, – недоверчиво глядя на меня, сказал он.

– Третьего сентября, около полуночи, невдалеке от поселка Солнечный Гай остановилась машина. Из нее вышли двое. Они беседовали около минуты и оба курили. Потом, когда один отвернулся, второй выстрелил ему в затылок. Убийца наверняка в этих местах человек чужой... Когда убитый упал, убийца еще несколько минут стоял неподвижно, прислушиваясь. Потом взял труп и оттащил его в кусты. Вернулся назад, достал из машины лопату и собрался труп закопать или хотя бы присыпать землей. В этот момент его кто-то спугнул. Он с размаху воткнул лопату в грунт, быстро сел в машину и уехал.

– Все? – спросил терпеливо Климов.

– Нет, не все. Вскоре он вернулся на место преступления.

Климов хотел перебить, но я предостерегающе поднял руку:

– Да-да, Климов, он вернулся. Он хотел закопать труп. Но из-за темноты и вполне понятного волнения он перепутал место, где незадолго до этого убил свою жертву. И остановился в тридцати шести метрах дальше. Пробродил по кустам не меньше двадцати минут и, опасаясь, что скоро рассветет и его могут увидеть, уехал. На этот раз совсем.

Я победно посмотрел на Климова, достал из стола пачку сигарет, закурил одну и положил ее в пепельницу.

– Интересно, откуда вы все это знаете? – ехидно сказал Климов.

– А я этого не знаю. Я свободно пространственно воображаю. На базе критически отобранных фактов.

– Ах, воображаете... – протянул Климов. – Это, конечно, другое дело.

– Климов, вы что, мне не верите?

– Почему же, – рассудительно сказал Климов. – Верю. Что убийца приезжий – это точно. Местный бы за полкилометра от поселка стрелять не стал – услыхать ведь могут. А убийца не знал, что рядом поселок... Я даже добавить могу: разговаривали-то они меж собой вполне мирно, по-приятельски.

– По-приятельски? – усомнился я. – Это почему же?

– Да потому, что скандалят-то лицом к лицу, а убитый к нему спокойно спиной повернулся, – пояснил он.

– Ну дак... Можно и еще повоображать: этот убийца – здо-оровый парень! И рослый!

– Так ведь ясно же! Убитый сам был высокого роста – сто восемьдесят один сантиметр. Так?

– Выстрелы сделаны в упор. Если бы стрелял человек невысокий, то выходные отверстия от пуль были бы гораздо выше входных. А они на одном уровне. Так что убийца, может, и повыше этого парня был. Будь здоров росточек! Да к тому же тело он оттащил в кусты почти на весу – по земле волочились только ноги. Сильный мужик, значит.

– Это вы здорово рассудили, Климов.

– Да уж как есть. Но вы сказали, что он вернулся еще раз?

– Правильно. Скажите, вы не заметили разве, что я не курю?

– Заметил. Ну и что?

– Вас не удивляет, что я закурил?

Климов пожал плечами:

– Мало ли! Может быть, от волнения?

– Нет, не от волнения.