Вернуть нельзя, забыть невозможно

– Я все тебе покажу… только не бойся…

– Что ты такое говоришь? Как я могу бояться?

Продолжая смотреть мне в глаза, Иван поочередно целует мои ладони. Затем подхватывает на руки и несет к кровати. Ничего не понимаю, да и не хочу ничего понимать. Только чувствовать его рядом. Только знать, что больше не исчезнет из моей жизни.

Иван осторожно укладывает меня на кровать, ласкает взглядом и медленно расстегивает рубашку сам. Откидывает ее в сторону и принимается за джинсы. Рассматриваю тело мужа и забываю, как дышать. В свете луны вижу только силуэт, но даже он вызывает во мне восхищение. Ванечка явно похудел, но не потерял формы. По-прежнему подтянутый и дико сексуальный. Мой. Только мой."

"Меня распирает от желания дотронуться до него, но не решаюсь и терпеливо жду. Иван полностью обнажается и ложится на постель рядом со мной. Нависаю над ним, целуя в губы и щекоча грудь волной своих волос. Веду ладонью по груди и непроизвольно напрягаюсь, чувствуя неровности на коже.

Резко отстраняюсь и смотрю мужу в глаза, наконец понимая, что он имел в виду. Холодные мурашки ползут по позвоночнику, а в груди перехватывает от страха.

– Ванечка, что это? – дрожащим голосом произношу я и тянусь к ночнику.

Тусклый свет заливает пространство и слабо освещает нас с Иваном. Смотрю в его глаза, боясь увидеть то, что он назвал изменениями. Набираюсь смелости и рассматриваю уродливые шрамы на его груди и животе. Мне не противно, а страшно. За него. За ту боль, что ему пришлось пережить. За ту боль, которую теперь переживу я.

– Все хорошо, – успокаивает он меня, нежно поглаживая по спине. – Если тебе неприятно, то…

– Что? – ошеломленно смотрю на него и качаю головой. Как он может так думать про меня? – Дурак…

Склоняюсь и целую мужа в губы, теснее прижимаясь к его горячему телу. Спускаюсь ниже к шее и добираюсь до груди.

– Тебе не больно? – спрашиваю, мягко обрисовывая рубцы на коже пальцем.

– Нет. – Иван завороженно следит за моими действиями и часто дышит. – Все давно прошло.

Улыбаюсь и начинаю изучать неровности губами. Нам обоим это нужно. Чувствую, как Иван напряжен, и хочу разрушить это препятствие. Показать ему, что для меня шрамы не имеют никакого значения. Мне совершенно все равно. Я люблю его любым, и это никогда не изменится.

– Иди ко мне, – хрипит Иван и подтягивает меня к себе.

Усаживает сверху и расстегивает бюстгальтер, освобождая упругую грудь на свободу.

– Вау, – тянет оценивающе и мягко лаская пальцами.

– Это из-за беременности.

Закусываю губу и тихо постанываю от удовольствия, пока искусные руки мужа умело разжигают огонь в моем теле. Становится жарко и душно. Стоны наслаждения все чаще срываются с моих губ, а ногти непроизвольно впиваются в его широкие плечи.