Вернуть нельзя, забыть невозможно

Они что, спорили на меня? Совсем, что ли, оборзели? Но злиться отчего-то не получается.

– То есть ты знал? – уточню на всякий случай, хотя и без того уже обо всем догадался.

– Да конечно знал, – фыркает Стас. – Все вы одинаковые. Да, Илюх? – В голосе явно слышна издевка. Неужели Илья тоже успел накосячить?

– Хорош, – морщится он и качает головой.

– Че хорош-то, – смеется Стас. – Поручил ему охранять одну зазнобу, так он чуть полгорода не разнес.

– На себя посмотри, – довольно хмыкает Илья, а я, кажется, начинаю понимать, что к чему. И слова Стаса приобретают новый смысл. У каждого из них есть своя история любви, сопряженная с риском для жизни. Поэтому и одинаковые.

– Ой, все…

– Стас, если снайпера взяли, нам больше ничего не угрожает? – Пожалуй, этот вопрос интересует меня больше всего.

– Не совсем, он сейчас дает показания, думаю, сдаст Лютаева, а тот по цепочке Гончарова. Потом можно будет выдохнуть, а пока сидите на месте и не шевелитесь, – задумывается на несколько секунд и продолжает: – Пару дней точно."

"– Можно мне не уезжать? – с надеждой смотрю на него. Уйти сейчас от Вики просто смерти подобно. Это невозможно.

Стас закатывает глаза и шумно выдыхает.

– Как будто тебя отсюда можно выволочь теперь. Оставайся, раз приехал. Только давай дальше без самодеятельности, – говорит он, а потом понижает голос и добавляет с ухмылкой: – Мне нужны живые свидетели…

– Спасибо, – жму его руку.

Стас делает знак Илье, и они вместе идут к выходу. Но он внезапно останавливается и оборачивается.

– А, да, девчонку-то куда дел? – задумчиво трет бровь, не понимая, что подставляет меня перед женой.

– К Марине отправил, – спокойно отвечаю и улыбаюсь. Не боюсь таких провокаций совершенно.

– Какую девчонку? – напрягается Вика, но я лишь притягиваю ее к себе и нежно целую в висок.

– Сейчас расскажу.

Оставляю Вику с Павлом и провожаю Стаса до двери.

– Сорян, не сообразил, – виновато шепчет он. – Проблем не будет?

– Не будет, – уверенно заверяю его.

– Ну тогда развлекайся, это тебе от нас подгон за лишнюю работу, – смеются и выходят из квартиры.

– Сволочи, – хмыкаю я и закрываю замок.

Даже не верится, что все позади, что сейчас я наконец пойду к своей жене и дочери. Смогу находиться рядом, смотреть на них, чувствовать их. Глаза начинает щипать, а в груди неприятно колет.

– Все хорошо? – Вика появляется рядом со мной, скользит ладонями по груди и прижимается щекой к спине.

– Все просто замечательно, – разворачиваюсь и заключаю ее в объятия.

Пусть нам предстоит еще долгий и напряженный разговор, но сейчас я хочу просто раствориться в ней. Упираюсь лбом в ее лоб и смотрю в глаза. Ничего больше не надо, только знать, что Вика рядом, чувствовать ее тепло и делить одну любовь на двоих.