Вернуть истинную

— То есть, этот Марук и те двое людей из совета высших, они понесли наказание? И не могли организовать все то же самое вновь? — хмурю брови, проводя параллели прошлого и настоящего.

Все мои приключения начались с момента похищения омежек, которые требовались для экспериментов. А Куфин распылялся о том, что увеличил собственную жизнь на пару порядков.

Получается, то, о чем говорит отец, еще не закончилось?

— Понесли все трое. Еще лет тридцать пять назад, — кивает Джейкоб без какой-либо паузы на раздумья, и я не могу ему не верить.

Но таких совпадений ведь тоже не бывает?

Кусаю губу, раздумывая, как завести разговор и с чего лучше начать. Но папа мне сам помогает.

— Рассказывай, Ани. Что тебя беспокоит? — произносит он уверенно и спокойно.

Вновь заглядываю в серо-синие глаза и вижу в них открытое желание слушать и слышать.

Приятно.

С минуту еще колеблюсь. Но не из-за сомнений, их нет, а потому, что сама хочу для начала разложить в голове все по полочкам, чтобы не упустить ни одного важного момента.

А затем начинаю…

Глава 41

АНИЛА

— Всё это очень подозрительно, дочка, — выслушав мой рассказ и с минуту его обдумав, сообщает отец, — очень похоже, что я всё-таки где-то недоглядел и упустил заразу. А она, вон как, опять начала разрастаться.

Джейкоб хмурит брови, сжимая подлокотники кресла. И пусть это непростое дело по факту касается не только его, а всех контролеров, призванных соблюдать и отслеживать порядок, он явно принимает плохие новости на свой счет.

И переживает.

— Непременно с этим разберемся, родная. Если не возражаешь, завтра я познакомлю тебя со своими бетами, и ты нам еще раз все разложишь подетально, или просто поприсутствуешь при разговоре и проконтролируешь, чтобы я не упустил никаких мелочей.

— Конечно, пап, — киваю, пытаясь улыбкой его немного взбодрить.

Зуб даю, что память у него преотличная. Он наш разговор дословно в лицах сможет без запинок пересказать. Просто таким образом старается дать понять, что я важна, что я не бессловесная неизвестно откуда появившаяся дочь, а его наследница, его кровь и плоть, и он меня любит, ценит и принимает всерьез.

— Ой, — решаю слегка отойти в сторону от сложных тем и немного переключиться. — Я же тебе еще про свою Солану не рассказывала.

— Солану? — Джейкоб вновь сдвигает брови, но в этот раз уже не горестно и разочарованно, а недоуменно.

Уверена, за время поисков он постарался откопать обо мне максимально возможную информацию: контакты, друзей, перемещения и места жительства, любое упоминание. И сейчас подбирает в голове ту «неизвестную», о ком идет речь. И не может найти, потому что о ней никто не знает. Никто кроме меня и самой омежки.

И это его явно поражает.

— Ага, про мою девочку, — улыбаюсь от уха до уха.