Алька Верник и наследие предков

Я то думала мечта, а это эленмарские гены наследили, – а у меня тоже будет свой лайвелл?

– Не знаю, Аленька, – улыбнулся Сорг, похлопав меня по руке, – хотя я чувствую в тебе мою кровь, но ты больше все же землянка, чем эленмарка. И это прекрасно, девочка моя. Так когда тебе исполняется двадцать пять?

– Через неделю по земному календарю, – ответила я.

– Вот через неделю и посмотрим, – лукаво подмигнул мне дед, – нам еще о стольком нужно поговорить, Аля. Но сейчас время позднее, а тебе завтра рано вставать. Жизнь в ВЗА начинается рано. Я бы хотел выслушать твой рассказ о тангире Стшарсси до конца, если ты не передумала рассказывать.

– Нет, не передумала. Только дай слово, что все рассказанное останется между нами, – мне было все легче и легче общаться с этим эленмарцем. Похоже я приняла его всем сердцем.

– Даю, – серьезно ответил легар, глядя мне прямо в глаза, – я не предам тебя, птенчик, никогда не предам. В этом ты можешь быть уверена.

И я продолжила рассказ о заикающемся Жорке, о влаппи, который наметил себе жертву… о случайно- оказавшемся в багаже приворотном зелье и…

Рассказывая, внимание сфокусировала лишь на рассказе, рассматривая картины на стенах отсека легара. Отвлекли меня странные всхлипывающие звуки. Я перевела взгляд на деда. Он смеялся, утирая выступившие слезы рукавом форменном куртки.

– Ну земляне, – едва смог проговорить легар, когда отдышался, – чувствую хлебнем мы еще с вами горя. Это же надо… влаппи и Стшарсси…

И гостиную огласил громкий хохот. Смеялся эленмарец так заразительно, что и я не удержалась, присоединившись к веселью.

– И сколько мой тангир будет вздыхать по всуню? – спросил дед, потирая переносицу.

– Примерно неделю, – невинно отозвалась я, – но это было проделано во благо! Исключительно в воспитательных целях.

– Вообще, это дело офицеров воспитывать курсантов, а не наоборот, – возразил легар, лукаво посмотрев на меня.

– Ну ты что, хотел, чтобы я покорно приняла его непристойное предложение? – пришлось скорчить обиженную рожицу.

– Женщины рода Сорг неприкосновенны, – как-то торжественно произнес мой родственник, – любое действие, совершенное для твоей безопасности я считаю правомерным и оправданным. Но ваши методы… Они… Они…

Легар вновь рассмеялся. Сквозь приступы неудержимого хохота проскальзывало:

– Малыш… мелкий засранец… это не то, что вы подумали… ну земляне…

– То есть я могу рассчитывать, что ты меня поддержишь? – спросила напрямик, когда очередная волна веселья схлынула.