Верни мне себя

Мы с Эмилией пытались отправить её обратно в Англию, объясняя, что ей нужно продолжать жить и учиться. Но получили на это твёрдое «нет».

«Вы действительно можете представить, что я смогу спокойно существовать, зная, что мой любимый человек в таком состоянии?» – эти её слова засели в моей голове. Наверное, только в этот момент я осознал, насколько сильно повезло моему сыну.

Как только Алекс впал в кому и мы перевезли его в Швейцарию, Зои перешла на дистанционное обучение и прилетела сюда. После лекций по зуму она сразу же приезжала в клинику и днями напролёт о чём-то говорила с Алексом. Рассказывала новости из социальных сетей, о том, как поживают их друзья. Шутила и смеялась. Планировала их будущий отпуск. И признаться, её слова и мечты действовали положительно не только на состояние моего сына, но и на моё. Приятнее было думать и воображать, как сын очнётся и, счастливый, продолжит проживать свою яркую жизнь, нежели днями напролёт переживать о том, выйдет ли он вообще из комы, и если выйдет, не останется ли навсегда инвалидом…

Каким бы сильным и оптимистичным я ни был по жизни, авария выбила почву из-под ног. И с того самого вечера мне кажется, что мир вокруг рушится, словно карточный дом под порывом ветра.

И даже сейчас, когда Алекс вышел из комы и всё самое страшное позади, я всё равно не сплю по ночам. Мысленно перебираю все возможные сценарии будущего. Я читаю статьи, изучаю медицинские журналы, просматриваю научные исследования – всё, что может помочь мне понять состояние Яны и Алекса. Каждое утро я начинаю с чашки крепкого кофе и разговоров с профессорами и специалистами в области неврологии. Я записываю их советы, изучаю новые методы лечения, консультируюсь с врачами клиники.

Но бывают дни, как сегодняшний, когда усталость накатывает и не отпускает. Я как будто пребываю в состоянии анабиоза, парализованный собственной беспомощностью. И я стараюсь ухватиться за любую соломинку, лишь бы привести себя в чувство. Сегодня этой соломинкой оказалась Зои со своими рассказами об их с Алексом путешествии по Японии и…

Мой взгляд падает в сторону дивана, где лежит Эмилия. Склонив голову на колени Тома, она впервые за долгое время крепко спит. Её лицо, обычно напряжённое и тревожное, сейчас выглядит умиротворённым. Мужчина бережно гладит её по волосам и не сводит с неё глаз.

Том – тот самый мужчина. Вчера он позвонил мне и сказал, что беспокоится об Эм. Хотел узнать, как она поживает и о состоянии Алекса. Как оказалось, когда произошла авария, Эмилия решила, что нас так вселенная наказывает за аморальный образ жизни, и перестала выходить на связь с Томом. Оборвала все связи с ним, будто это как-то могло изменить ситуацию.

И я в очередной раз в этом убедился, когда полетел к Яне.