Верка

Постепенно к Верке стал возвращаться слух, и происходило это совсем необычно: сначала в ушах появился звон, потом сквозь него начали доноситься другие звуки. В подвале было темно, она на ощупь нашла спички, зажгла свечу, потом – вторую. Антал сжимал подбородок, удерживая таким способом кровь. Верка вспомнила, как на занятиях по гражданской обороне ее учили делать пращевидную повязку, достала аптечку и смастерила нечто подобное на голове Антала. Он сразу стал похож на тяжелораненого солдата из какого-то кинофильма, зато кровотечение прекратилось. «Солдат», переставший открывать рот ввиду плотно затянутого подбородка, показал на Веркин лоб. Она вынула из сумочки зеркало, мельком взглянула в него и испугалась: ее лицо было перепачкано кровью. По пламени свечи, отражавшемуся несколькими блестками от кожи, нетрудно было догадаться, что там застряли осколки стекла. Пришлось воспользоваться пинцетом, извлечь их и более тщательно обследовать открытые части лица. Так она обнаружила еще несколько осколков в правой ушной раковине, под глазом и на щеке. Обработав ранки, Верка сделала ватный тампон, смочила его духами и убрала с кожи кровь. Затем развязала пращевидную повязку на голове Антала и внимательно обследовала все ранки на предмет наличия в них стекол. Ранок оказалось две, и обе на подбородке. Первая, особенно глубокая, была, видимо, нанесена крупным осколком, пронесшимся по касательной, во второй застряла щепка, оторвавшаяся от подоконника. Сделав Анталу более основательную перевязку, Верка подумала, что пока они отделались легким испугом. Эта мысль заставила ее невольно прислушаться, но взрывов она не услышала, хотя земля продолжала содрогаться.

«Наверно, подвал имеет мощное перекрытие, а двойной люк обеспечивает хорошую звукоизоляцию, – подумала Верка и вдруг невольно обратилась к Богу: – Господи, хоть бы не применили сверхтяжелых бомб!»

Часа через два интенсивность содроганий земли явно снизилась, видимо, бои откатились от западной части города. Так продолжалось минут пятнадцать. Верка хотела уже подняться наверх, как вдруг земля задрожала с новой силой, как будто рядом началось бурное извержение вулкана. Стены подвала зашатались, пламя свечей резко всколыхнулось, отчего по потолку побежали зловещие тени, в крыше послышался пугающий треск – казалось, кто-то водил по бетону циркулярной пилой с огромными зубьями. Так продолжалось часа три, и каждую секунду обитатели подвала с жутким страхом, от которого мороз бежал по коже, ожидали прямого попадания. На счастье, его не случилось, и ровно в полночь сразу наступила тишина. Подождав еще немного и не ощутив скрежета «циркулярки», Антал и Верка повеселели. Спать им не хотелось, зато голод давал о себе знать.