Венец безбрачия

И я больше так никогда и не посещала старый замок, полностью отдав земли под управление толкового сенешаля, который до последних дней заботился о Матильде.

Старая служанка даже успела один раз приехать в гости в замок Эстре и немного понянчится с Марком, но оставаться не пожелала и вернулась в свой дом, где и прожила еще шесть лет в покое и довольстве.

О баронессе Вельфорд известно только то, что она до сих пор живёт при монастыре и жалуется на горькую судьбу всем, кто её навещает. Генрих Клинген был в тех местах года три назад и не поленился навестить старую знакомую. Все же ему она ничего плохого не сделала, а даже оказала некоторую помощь, так что барон заехал к муттер в гости и привёз ей огромную корзину сладостей и фруктов. По его словам баронесса сильно пополнела, очень скучает и пристрастилась вязать носки на продажу.

О второй жительнице другого отдалённого монастыря я знаю немного больше. Графиня Аделаида приняла постриг. Антонио бывает у матери раз в год, обычно весной. Устав в монастыре строгий и чаще визиты не разрешают.

Леон же предупредил баронессу, что если она расскажет родному сыну всю правду про то, в какую грязь ухитрилась влезть и потащить за собой семью, то и этот монастырь, пусть и строгий, но обычный, покажется ей раем. Так что Антонио, слава Богу, до сих пор считает, что матушка удалилась в монастырь от горя из-за смерти...

По официальной версии - мужа, по версии самого Антонио - капитана Ролана Ронхера. Для него этот момент был тяжёлым и постыдным, но, вспоминая любовника матери, спорить и уговаривать её передумать сын не стал. Скорее всего, просто опасался появления другого неподходящего мужчины вместо покойного капитана. Мой деверь до сих пор уверен, что позорная тайна его матери так никому и не стала известна.

Так что тут всё сложилось к лучшему.

***

- Мама! Ма-ма! Ну ты идёшь или нет?! Ну я же зову тебя, зову...

Я стояла у окна и наблюдала, как в одну из телег слуги торопливо укладывают какие-то дополнительные мелочи. Судя по командирским жестам Нинон, указывающей лакею на что-то, что по её мнению упаковано не надлежащим образом, все не так и страшно. Похоже, эту мелочь потребовала добавить Эмилия. И, как обычно - в последнюю минуту...

За эти годы из робкой камеристки Нинон превратилась в серьёзную и очень ответственную особу, крепко держащую в руках управление быта семьи, разжалобить которую могли только её любимчики. Я, кстати, в это число не входила - со мной Нинон была строже, чем с детьми.