Великан

Это же так круто быть сильнее и пользоваться своей силой. За тобой пойдут другие, менее сильные, более приспособленные к конкретной обстановке и ситуации, они станут смотреть тебе в рот, ждать, что ты скажешь. Лишь бы не оказаться на месте того неудачника, кто чем-то тебе не угодил.

Своего ребенка или своих детей, как уж получится, я буду учить бить в ответ на издевательства и оскорбления. Буду учить стоять за себя. И неважно, мальчик это будет или девочка. Уметь дать в морду в ответ на летящую в тебя грязь уметь надо. И пусть лучше это умение никогда им не пригодится, чем случится нечто подобное, как было со мной или этой девчонкой.

Глава тридцать седьмая

— В чем же твои откровения? – спрашиваю я."

"— В том, что мне стыдно. И за нее, и за тебя. Правда стыдно, - ее лицо искажается подобием боли, руки на коленях немного подрагивают. – Особенно за тебя. А еще мне противно. На саму себя. За то, что не слышала то, что не хотела слышать. За то, что не видела то, что не хотела видеть. Пряталась и боялась, как и все. Думала, что так для меня будет лучше. Только стало хуже.

— Уверена? – мне даже смешно от подобных откровений. – Хуже от чего? Что все школьные годы пробыла в парнике и в правильной компании? Прости, но это какая-то хрень. У тебя был отличный шанс что-то изменить, встать на защиту той девчонки. Но тогда бы все сломалось. И парник с добрым садовником сдуло бы ветром. А что за его стенами? Там колючки, острые камни и злые люди.

Мне действительно не понятны все эти заламывания рук. Делать надо тогда, когда это действительно нужно, ни до, ни после, а лишь в определенный момент. Потому что все эти типа озарения и муки совести не стоят ровным счетом ничего, когда нет никакой опасности.

— Ты поступила разумно, - перебиваю ее попытку снова оправдаться. – Уверен, я бы на твоем месте поступил точно так же. Собственное спокойствие и безопасность куда важнее чужих. Это же банальный инстинкт самосохранения. Так что давай оставим прошлое в прошлом и не будем его лишний раз ворошить.

— Хорошо, - соглашается Света. – Но просто чтобы уже точно поставить точку и больше ко всему этому не возвращаться… - она смотрит на меня и снова тянется к моей руке, едва касаясь, проводит пальцем по линиям татуировки, - если я вдруг как-то могу загладить тот… случай – скажи.

Шикарное предложение от женщины, которую я когда-то любил. Правда, самое главное во всем этом: «когда-то».

— Давай вместе поужинаем, - продолжает Света, наверное, не получив от меня ожидаемой реакции. – Это встреча не может быть случайной. Сам посуди, в огромной городе, ранним утром. Такое разве возможно?

— Похоже, что возможно.

— Давай посидим где-нибудь. О прошлом ни слова, обещаю, - она жестом показывает, как застегивает собственный рот и выбрасывает ключ.