Вегетация

Митя мгновенно вспомнил, как неделю назад в котловане промкомбината он воображал, что над ним проезжает карьерный самосвал… Вспомнил, как исполинский «Лю Чонг» остановился перед ним, загородив мордой солнце, будто бульдог перед мышью… Чумоходы его не трогали? Так, что ли?..

А рипер с многообразным шумом извернулся на узкой площадке пятого этажа, выбив задом дверь в квартире слева, и вонзил завизжавшую пилу в дверь квартиры справа — там спряталась Маринка. Рипер хотел её достать.

Митя, как в тумане, поднялся на ноги и тоже пошёл на пятый этаж. Пошатываясь, он сунулся боком к Маринкиной двери — в жуткой близости от циркулярной пилы. Рипер быстро отдёрнул пилу и попятился, будто боялся малейшего прикосновения. Митя качнулся вперёд. Рипер расторопно отступил. Митя сделал ещё шаг. И рипер снова отступил, влезая задом в квартиру на другой стороне лестничной площадки. Ничего не соображая и не боясь, Митя грудью напирал на машину, заставляя её отходить и отходить.

— Вали отсюда! — как заклинание, повторял он. — Вали отсюда!..

Задним ходом рипер полностью вполз в квартиру, чужой в жилье, будто гигантская сколопендра. Митя переступил порог прихожей. Он не отводил взгляда от врага, словно толкал его силой духа. С напряжённым гудением и электрическим пощёлкиванием сочленений рипер отодвинулся из прихожей в комнату. Митя не видел ничего вокруг. Какая-то гнилая мебель, обои коробом отстали от стен, грязный потолок… и окно! Митя выжимал врага к окну.

Рипер задрал зад на подоконник и выбил стекло; со звоном посыпались острые осколки. Митя продолжал теснить механическую зверюгу, точно укротитель. Рипер корячился в оконном проёме, пытаясь сохранить равновесие. Но Митя его не пощадил и сделал ещё один шаг.

Рипер сорвался вниз. Несколько секунд он ещё висел в окне — цеплялся за подоконник передними ногами, а задними с хрустом скрёб по стене снаружи, но подоконник вывернулся, и чумоход вмиг исчез — рухнул с пятого этажа. До Мити донёсся дробный звук смертельного удара.

Митя медленно приблизился к изуродованному оконному проёму и выглянул. Разбросав ноги, рипер лежал на взрытом асфальте в сверкающей россыпи стеклянных осколков; ситаллические пластины корпуса отскочили, как яичная скорлупа, оголив моторы; машина сдохла.

И ещё из окна Митя увидел вдали за крышами города и за лесами вздутую сизую громаду Ямантау. Она показалась Мите угрюмым миражом пасмурного дня, нижним слоем облаков, пропитанных тяжёлой темнотой, медленным полуночным накатом неизбывного и мучительного беспокойства. Чудилось, что гора создана каким-то тектоническим сдвигом в основах мироздания.