Следствие ведут знатоки

Только одно — вспоминать, вспоминать и вспоминать. Я буду задавать самые нелепые вопросы — не удивляйтесь. Никогда не угадаешь, а вдруг!..

Сцена восемьдесят вторая

Кабинет Скопина. Стенографиста нет. Скопил, Кибрит на прежнем месте. Перед столом — Воронцов просматривает и подписывает последний лист в протоколе допроса.

Воронцов. Вот и всё! Прошу. (Отдает протокол.) По окончании следствия вы сообщите мне свои выводы? Как руководителю.

Скопин. Во всяком случае, мы увидимся. До свидания.

Воронцов. Всего доброго. Всего доброго. (Отвешивает галантный поклон в сторону Кибрит и выходит.)

Скопин. Такого обаятельного руководителя прямо нож острый отпускать! До последней минуты ждал какой-нибудь зацепки. Нет, про Воронцова все молчат. Будем выходить на него с другой стороны… (Кивает на конверт из прокуратуры.) Взволнованы?

Кибрит. Еще бы, Вадим Александрович!.. Мысли разбегаются…

Скопин. Сейчас закончу, и обсудим. (В переговорное устройство.) Товарищ Медведев!

Голос из микрофона: Здесь.

Скопин. У нас остался один Ферапонтиков?

Голос: Да, товарищ полковник.

Скопин. И что он?

Голос: Все еще читает протокол.

Скопин. Его право… (Встает, расправляет плечи. Шутливо.) Начальство отвыкает работать, Зинаида Яновна. Каких-нибудь десять-пятнадцать допросов и — извольте полюбоваться — устал… (Выглядывает в приемную.) Танюша! Нельзя ли организовать нам кофейку?.. (К Кибрит.) Ну, вам не терпится перевести меня на другие рельсы?

Кибрит. Только бы не в тупик, Вадим Александрович! Понастроила кучу гипотез, но, боюсь, на песке… Вы читали восстановленный текст черновика?

Скопин. Читал.

Кибрит. Конечно, всего одна фраза, но… стиль!

Скопин. Если б не почерк, я бы сказал, что заявление и черновик писаны разными людьми.

Кибрит. Да, чужие слова!.. И, может быть, чужим фломастером. А этот самодельный пакет? Раз не было под рукой конверта, марки, значит, решение пришло внезапно! Но откуда клей? А главное, склеено ровненько! В письме буквы шатаются, строчки налезают друг на друга, а пакет…

Скопин. Помню, аккуратный пакетик. И любопытный почтовый штемпель, не заметили?

Кибрит. Мне показалось… обычный..

Скопин. Нет, он обычным, но пакет опущен в районе Комсомольской площади.

Кибрит. Комсомольской?.. Почему?..

Скопин. Вот и прокурор задается вопросом: почему?

Кибрит(обрадовано). Да?

Скопин. Да, он многими вопросам задается.

Звонит внутренний телефон.

Скопин(берет трубку.). Слушаю… Кто?.. Ну, соедините… Да-да, Скопин. Сегодня спрос на меня явно превышает предложение… Ах так? Хорошо, жду. (Кладет трубку.) С Томиным не сговаривались?

Кибрит отрицательно качает головой.

Скопин. Ладно, не важно… Зинаида Яновна, вы, наверное, можете повторить слово в слово письмо Баха. Где оно, по-вашему, написано?

Кибрит.