Следствие ведут знатоки

Зацепка вот в чем: в ту же колонию попал один здешний. Именно после с встречи с ним у Багрова резко изменилось настроение, и вскоре — побег.

Дежурный с участковым переглянулись обеспокоенно.

— Мог земляк сообщить ему такую новость, которая Багрова перевернула? К примеру, отец при смерти, жена в больнице?

— Да все, слава Богу, здоровы. А кто здешний, товарищ майор?

— Некто Иван Калищенко.

— У-у, Калищенко мог чего угодно натрепать!

— Он-то трепанет, да Михаил навряд поверит! — загорячился дежурный. — Ванька от него до самой армии с битой рожей ходил — за поганый характер!"

"— Но, между прочим, пили вместе не один раз за последнее время, — покачал головой Иван Егорыч.

Они еще потолковали на эту тему, и Томин внимательно выслушал обмен мнений.

— Решим так, — подытожил он, — Багров мог поверить Калищенко в двух случаях — или понимал, что тот сообщил правду, или известие было очень похоже на правду.

Собеседники выжидательно молчали.

— Подумайте: что-нибудь произошло, что вплотную затрагивает Багрова? Предположим, он был бы здесь — что-нибудь всколыхнуло бы его, заставило вмешаться?

Дежурный с участковым подумали вместе, подумали порознь и отрицательно покачали головами.

«Ничего не вытанцовывается! А Багров все ближе… Но, собственно, кто поручится, что его несет именно в Еловск? Ах, да, Паша ручался. Впрочем, были случаи, и он обманывался…»

Пришел еще и еще кто-то, присоединился к обсуждению.

— Давайте зайдем с другой стороны, — сказал Томин. — Нет ли серьезного нераскрытого преступления — старого, еще до ареста Багрова?

Дежурный сощурился, стараясь уловить мысль Томина.

— Это, значит, ход такой: Мишка чего-нибудь натворил и, пока не поймали, сел по мелочи?

— А Калищенко ему шепнул, что теперь, мол, докопались до прежнего?

Томин кивнул.

— Хитро! Да только не про нас. Ничего хоть мало похожего. Верно, Егорыч?

— Бог миловал. У нас «висячек» вовсе нет, — похвастался он к слову.

— А коза, Егорыч?

Все засмеялись.

«Счастливые люди. Единственная „висячка“, да и та из козьей жизни».

Но слушать про козу было некогда. Шмель гудел неотступно, и благодушное настроение присутствовавших начало понемногу раздражать. Не усидев на стуле, Томин взялся расхаживать по просторной дежурке.

«Придется вернуться к Пашиной версии. Только не сразу тыкать пальцем в жену».

— Ставлю на повестку дня семейный вопрос, — объявил он. — Домочадцы, родственники в Еловске. Какие родственники? И какие события? Все подряд.

Стали перебирать:

— Варвара — золовка — двойню родила.

— Катерина Багрова со своим Витькой поссорилась. Тихон сессию в техникуме сдал…

— Старика Багрова ревматизм скрутил… А старуха у дочери гостит. А двоюродная сестра…

«Мать честная, все-то они знают, а толку чуть! Тут до вечера не переслушаешь».