Ведун. Книги 1-18

Взмах кистеня вдоль земли — граненый грузик врезался в колено, подломив ногу, а Олег, почти распрямившись, уже рванул его за собой. Взмах, удар сверху вниз — и у татя, копошившегося в его сумке, разлетелся костяными осколками затылок. Удар влево — грабитель, что осматривал зубы гнедой, успел только повернуться на шум и схлопотал ломающий ребра удар в грудь. Четвертый враг отпустил Андрейку, схватился за рукоять меча, но вытащить не смог — мальчишка повис у него на рукаве, вцепившись мертвой хваткой, и Олег не упустил драгоценных мгновений.

Все остальные тати успели понять, что жертва решила показать зубы, и приготовились к схватке.

— Будь ты проклят! Выродок! Ублюдок! — выл разбойник со сломанным коленом. — Мне же больно!

— Извини… — Ведун, чуть отступив, взмахнул кистенем и впечатал его «романтику с большой дороги» в лоб. Чтобы в спину не ткнул при возможности. Потом спрятал кистень обратно в карман и подобрал с земли саблю.

Тати сбивались в стаю — пара вышли из-за коней, еще один, подтягивая штаны, выбрался из кустов. Их набралось аж восемь. Один удерживал бьющуюся и воющую в голос Любаву — значит, против ведуна оставалось семеро. Андрейка, схватив меч одного из убитых врагов, встал возле Олега:

— Покажем им, ведун!

— За спиной моей смотри, — приказал Середин и начал шептать наговор.

— Сдавайся, тупица, — предложил долговязый разбойник. — Мы тебя просто латинянам продадим. А так ведь сперва пораним, а потом жилы вытягивать начнем да железом каленым жечь.

— Щ-щас! — Ведун начертал знак Перуна взмахнул рукой, и… И понял, что бог грозы, как и Мара, лишил его своих подарков. Метать огненные шары он больше не мог. — Предатель…

— Руки ему руби! — первым кинулся вперед долговязый.

Олег еле успел нагнуться, подхватить с земли чей-то щит, принять на него удар меча и в ответ рубануть понизу. Долговязый вскрикнул — до добить его Середин не смог. Сбоку мелькнул топор — ведун принял его на клинок, отвел в сторону, увидел, как другой топорик падает сверху на щит, дергает верхний край к себе, открывая щель для удара — но сабля успела выскочить навстречу первой, вонзившись татю точно между глаз. Олег отпрянул, отступая от заходящего сбоку грабителя. Счет уравнялся уже на отметке шесть к одному. А если долговязому досталось хорошо — то и пять к одному. В общем, шансы уцелеть стремительно повышались.

Слева кинулись с топорами двое, справа один — навстречу двоим Олег выбросил щит, третий топор отбил саблей и тут же обратным движением резанул врага по груди. Тот неуклюже попытался пригнуться, и кончик клинка задел его шею. Вверх ударил фонтан крови."

"— Три-ноль, — подвел итог Середин, поворачиваясь влево. Однако тут высунуться из-за щита ему не дали.