Ведун. Книги 1-18

Можно было подумать, там сидит не пара человек в ожидании суда, как это обычно случается, а минимум три десятка.

Дверь никто не охранял. — Вокруг стояла полнейшая тишина.

Олег подошел ближе, достал отмычку и приложил к двери, стараясь прикрыть ее руками — но слабое свечение все равно просачивалось между пальцами. Ведун оглянулся на крыльцо. Дружинник на нем зевал и считал звезды. К счастью, на этот раз дверь распахнулась довольно быстро. Олег спрятал отмычку, достал нож и стал спускаться по ступеням вниз."

"На стенах длинного коридора горело по паре факелов, давая вполне приличное освещение. Лазутчики быстро проскользнули внутрь и аккуратно прикрыли за собой дверь. Княжеский поруб был довольно большой: к центральной площадке выходили четыре двери из толстых досок, с узкими окошками на уровне лица. И зачем юрьевскому князю столько? Насколько помнил ведун, здешние правители не очень любили кормить нахлебников из своего кармана, а потому стремились провести суд как можно быстрее. Зачастую — в тот же день, как преступник попадал к ним в руки. Поэтому порубы обычно имели только одну комнатушку, изредка — две. Да и те большей частью пустовали. Как, впрочем, и здесь: Олег заглянул в одно окошко — никого. В другое — пусто. И только в третьем, услышав шум снаружи, кто-то шевельнулся.

— Кира? — тихо спросил ведун.

— Да.

Середин облегченно вздохнул и сдвинул засов с двери.

— Пойдем отсюда. А то пахнет здесь так, что словно в выгребной яме стоим.

Он подал в темноту руку и почувствовал, как в его широкую ладонь легла маленькая горячая ладошка девушки.

— Ведун, — внезапно раздался хриплый каркающий голос в соседней камере. — Освободи меня. Может, и я помогу тебе как-нибудь.

Олег замер.

— Ты кто? И откуда меня знаешь?

Существо разразилось тихим смехом.

— Это смертные могут тебя не знать, ведун. А среди таких, как я, ты очень знаменит.

— Ты — нечисть, — вздохнув, сказал Олег.

Во тьме вспыхнули два круглых рубиновых глаза. Ведун и Кира едва не шарахнулись в сторону от неожиданности.

— Можно сказать и так, — ответил обитатель камеры. — Разве это сейчас важно? Враг твоего врага — твой друг. У нас у обоих зуб на князя Руслана.

— Ты смотри, какой философ… — покачал головой Середин. — Нет, родной. Если крокодил съел твоего врага, это еще не значит, что он твой друг.

— Еще не съел, ведун, — заскреблось существо в камере. — Выпусти меня, не пожалеешь.

Олег оглянулся на Киру. Девушка неуверенно пожала плечами.

— Как ты здесь оказался?

— Долгая история, а ты, как я погляжу, спешишь.

— Ладно, нежить. — Ведун выдернул из кармана свой шипастый серебряный кистень, накинул петлю на запястье и выбил с двери засов. — Смотри у меня, дружбан. Если что — я с тобой управлюсь.

— Поглядим, ведун.