Ведун. Книги 1-18

У-у-у…

Словно откликаясь на его мысли, из леса на правом берегу донесся тоскливый вой. Сосед приподнялся, не прекращая грести, посмотрел в сторону леса.

— Ишь, разбирает как, — пробормотал он.

Внезапно весло вырвалось из рук, что-то грохнулось в борт, ладья качнулась. Сосед, не удержавшись, завалился на Олега. Мужики, спавшие под рогожей на мешках, вскочили, спросонья ошалело вертя головами.

— А, чтоб тебя…

— Заснул, что ли, мать твою…

Топляк проскрежетал по борту, выплыл за кормой. Вьюшок прошел на нос. Впередсмотрящий разводил руками.

— Дык, сомлел… не уследил…

Вьюшок треснул его по шее.

— Утопить хочешь?

Все, бросив весла, смотрели на удаляющийся топляк.

— Кончай зенки пялить. Кто на веслах сидел — спать. Ты тоже. Потом поговорим, — отрезал купец.

Мужики засуетились, меняясь местами. Олег залез под рогожу. На мешках с льном было мягко, уютно. Сбоку привалился мужик, проглядевший полузатопленное бревно, поворочался и почти сразу захрапел.

— Ошую, подыми, одесную, на воду, — выводил Вьюшок ладью на середину Припяти. — А ну, взяли: и-и, оп-та…

Их растолкали, едва серые предрассветные сумерки разогнали ночную мглу. В очередь поели вяленой рыбы, мяса, сели на весла. Туман скрыл оба берега, и Вьюшок сам встал на нос, внимательно глядя вперед. Но едва поднявшийся ветерок разогнал мглу, тотчас поставили парус, и купец опять завел:

— И-и, оп-та…"

"В течение дня навстречу попалось несколько ладей со знакомыми купцами. Вьюшок перекрикивался, выспрашивал новости, мужики махали друг другу, просили передавать приветы родне. Расходились левыми бортами, встречные ладьи двигались тяжело, против ветра и течения, но на многих из них на весло приходилось по паре мужиков. Весла рубили воду, за кормой вспенивался и пропадал белый след. Олег попросил узнать, не встречался ли им Мешовец. Кормщик крикнул, что не далее, как поутру видел ладью Мешовца — как раз с ночевки снималась.

— Ну, вот, к ночи догоним, иль может, поутру.

— Как бы не пропустить их в темноте, — задумался Середин.

— Стал быть придется тебе всю ночь на носу сидеть. Пропустишь — кроме себя виноватить некого, — пожал плечами Вьюшок.

Отсидев на весле ночную смену, Олег договорился с мужиками, что всю ночь сам будет следить за рекой. Те согласились с охотой: в очередь гребут, а вместо того, чтобы в воду глаза пялить, можно и вздремнуть лишний час.

Опять за кормой встала луна, загадочный лес перекрикивался с берега на берег ночными голосами. Середин кутался в куртку — ночи стали заметно холоднее, хотя осень еще не наступила.

Сменились гребцы, Вьюшок прошел на нос, постоял рядом, зевая во всю пасть и почесывая грудь под рубахой.

— Ну, что тут?

— Тихо все, — ответил Середин.

— Ладно. — Вьюшок еще раз сладко зевнул и прошел к веслу.