Ведун. Книги 1-18

— Ты бы объяснил, что она жена твоя, не девка половая.

— Дык, не успел.

Лысый купец поднялся на ноги, добрался до лавки и рухнул на нее, не переставая причитать. Второй, поворочавшись в объедках, сполз со стола, держась за спину.

— Что ж сразу по мордам бить? — плаксиво спросил плешивый. — Объясни толком, уваженье прояви.

На голове у него стремительно вздувалась багровая шишка, рубаха была мокрая от пролитой браги. Он пощупал голову, скривился.

— В прошлый раз хозяин сам девку предлагал, а теперь, стало быть…

— Ты про прошлые разы забудь! — взвизгнула Павлина. — Ишь, нашел себе…

— Тихо, — повысил голос Молчун.

— А ты мне рот не затыкай! — закричала Павлина еще громче. — Меня тут всякий…

Молчун развернулся и отвесил ей звонкую оплеуху. Женщина замерла с открытым ртом. Олег опустил голову, пряча улыбку, Невзор загородил рот рукой.

— Тихо, я сказал, — прогудел еще раз Молчун, — ступай к печке, я тут все улажу. Ну! — рявкнул он, видя, что жена колеблется.

Павлина скрылась в кухне, независимо вихляя полными бедрами. Молчун обвел взглядом корчму. Купцы исподлобья смотрели на него, в дверях толпились мужики. Новоиспеченный хозяин откашлялся.

«Если сейчас не стушуется, — подумал Олег, — если скажет, как надо — значит, есть сила в мужике, а если мямлить начнет — все, так и ходить ему всю жизнь по дворам».

— Я, это, сказки сказывать не горазд, ага. Эта баба — моя жена. Хотите есть-пить-ночевать здеся — попрошу, того… этого… со всем уважением, значит, как к жене хозяина, ага. Вот и весь сказ. — Он обвел взором собравшихся, задержав взгляд на лысом купце, развел руками и прошел за стойку.

Невзор удовлетворенно кивнул. Купцы переглянулись. Лысый откашлялся, налил себе браги, махнул залпом полную братину, перебрал разбросанные по столу кости, покрытые рассыпавшейся гречкой, помотал головой в огорчении.

— Какого порося загубили… Да я бы и не заехал, а только от Днепра три дня пути, хоть, думаю, по-людски переночую, с девкой… — он покосился на Молчуна, — это… под крышей, в смысле. Эх, — пощупал купец голову, — крепко ты меня.

— Ничего. Наперед наука.

Брюхатый позвал застывших в дверях работников, повернулся спиной. Мужики принялись счищать с его рубахи раздавленную в тесто кашу. Инцидент был исчерпан.

Вторуша отдал Середину кистень и, подойдя к Молчуну, попросил меду на опохмел. Тот налил ему полную чашу, и купец, выпив мед, пошел проверять поклажу и лошадей.

— Все, погуляли — хватит, — сказал он, возвратившись в корчму, — завтра поутру едем.

* * *Вторуша растолкал Середина чуть свет. За стенкой, в комнате, откуда Молчун убрал разбойничьи приспособления, храпели работники купцов, которым Павлина принесла несколько охапок сена.