Ведун. Книги 1-18

Рядом хрустела рыбьей головой кошка, сверчки заливались, как в последний раз, возле коновязи переступали лошади.

Темная фигура возникла рядом неслышно, словно выросла из мрака.

— Слышь, Олег, кого встречать будем? — тихо спросил Невзор.

— Не знаю еще, — нехотя признался Середин, — но, похоже, без драки обойдемся. Ты чего есть не стал?

— Сыт я, — коротко ответил бывший дружинник.

— Ты смотри, Невзор. Разговор наш у реки помнишь? Я второй раз предупреждать не стану, — процедил Середин.

— Давай договоримся, Олег. Или ты мне веришь, или нет! Нет — так я уйду. Грешен, овцу я задрал, потому и от еды отказался.

— Хоть не хозяйскую?

— Нет. От стада отбилась на той стороне деревни, тут я ее и…

— Охо-хо, — потянулся ведун, — ладно, все равно утром уйдем. Это даже лучше, что у тебя аппетит пропал.

— Чего?

— Тихо… — Олег прислушался. — Вроде, ходит кто в избе. Ты давай к колодцу. Раньше придешь — больше увидишь. А я скоро подойду и, кажется, не один.

Невзор беззвучно исчез, словно ночь поглотила его. Ни травинка не шелохнулась, ни плетень не скрипнул. Середин замер. Кошка выглянула из-под крыльца, потерлась о его ноги, мяукнула. Он не погладил ее, не отводя глаз от двери.

— Тихо, Мурка, похоже, свои. Мне бы твои глаза, ну, да придумаем что-нибудь.

Глава 4

Без скрипа открылась дверь. Белослава, босая, но в нарядной рубахе, высоко подпоясанной под грудью, с узорами на оплечье, вороте и вдоль рукавов, шагнула на крыльцо. Рубаха была явно свадебная, в призрачном свете луны многоцветье узоров скрадывалось, приобретая нежные пастельные тона. Волосы девушки были распущены по плечам.

Белослава оглядела улицу, скользнула пустыми равнодушными глазами по Олегу и, спустившись с крыльца, вышла со двора. Ведун направился следом, не скрываясь, но стараясь идти бесшумно. Спящие избы притаились в садах за плетнями, тишина давила, словно могильной плитой. Сруб колодца отбрасывал на вытоптанную землю короткую широкую тень. Девушка остановилась, протянула руки, словно обращаясь к кому-то, видимому только ей. Губы ее беззвучно шевелились, шепча то ли молитву, то ли заклинание. Крест на запястье нагрелся. Середин подошел ближе, с недоумением посмотрел вокруг.

— Он прямо перед тобой, Олег. Разговаривает с ней, — раздался негромкий голос Невзора.

Середин выругался, прикрыл глаза.

— Ты, луна светлая, ты, ночь темная, вы, звезды ясные, не прогневайтесь просьбой малой: дайте мне глаз кошачий, слух волчий не для злого дела — ради истины, хочу видеть невидимое, слышать неслышимое, хочу правду открыть, хочу беду отвести."

"Ночь заиграла бледно-голубыми и зеленоватыми красками, словно вобрав в себя блеск звезд, серебро ущербного лунного диска.