Ведун. Книги 1-18

Правда и кривда

Середин пробежал огородами, оглядываясь в поисках неведомого похитителя. Но редкие фигурки людей вдалеке не проявили к ведуну никакого интереса, все были, как обычно, заняты своим делом. Под ноги попался знакомый веселый поросенок, Олег наградил его здоровенным пинком, и тот, обиженно похрюкивая, улепетнул куда-то прочь.

— Эй, ты! — закричал Олег на всю деревню ближайшей крестьянке, пухлой бабе в завязанном на затылке платке. — Иди сюда!

Баба сделала вид, что не услышала, повернулась спиной к ведуну и засеменила к сараю. Но Середин уже сам мчался к ней, перемахивая через плетни.

— Смотри в глаза! — Олег схватил ее за плечо, развернул к себе и сгоряча немного перестарался — баба плюхнулась на землю. — Не ори! Сейчас из дома Глеба сестру его увели, Раду! Ты не могла ничего не видеть!

— Да я… — Баба обеими руками указала на выроненную деревянную тяпку, губы у нее тряслись. — Не бей меня, добрый человек! Ни видала ничего, не слыхала!

— Тьфу!

Олег сообразил, что если Раду увели задами, то или к озеру, или на другой конец деревни, иначе он мог бы заметить похитителя от колодца. Ведь все случилось только что, когда он говорил с Борисом… Ох, за все заплатит этот староста, посмотрим тогда, сколько у него на самом деле жизней!

Сперва Середин взобрался на крышу невысокого сарая — отсюда как на ладони были видны все огороды, спускающиеся к самой воде. Не мог человек, волокущий Раду или несущий на себе, успеть скрыться в кустарнике на берегу!

— Если только это был человек, электрическая сила! — сам себе напомнил Олег."

"Но к Асфири следовало обращаться в последнюю очередь, пока еще была надежда, что обошлись без ее колдовских штучек. Спрыгнув с сарая на мягкую землю, Середин побежал вдоль домов к дальней околице. В голове прыгали мысли: надпись указывала на Ратмира, прыщавого поганца, но один бы он не справился. Убить мог, но тело унести бы не сумел, слишком хлипок. Тогда кто ему помогал? Глеб! Обозленный на Олега, Глеб мог отыграться на сестре!

Против этого предположения выступали сапоги Глеба, которые находились в деревне и не должны были пустить сюда оборотня. Но после того, что наплел ему Борис, Олег сомневался и в этом, сомневался опять во всем. Добежав до крайнего дома и еще раз пнув вездесущего поросенка, Середин остановился, тяжело дыша. Никого.

«В домах, — понял он. — В любом доме могли спрятать ее… Врете, гады, не с тем связались!»

Труднее всего было успокоиться. Зажмурившись, Олег несколько раз глубоко вдохнул, представляя, как принимает в свое сознание весь мир, со звездами, планетами, с деревней Озерцы и Радой. Потом тихонько выдохнул и почувствовал, как возвращается хладнокровие.