Ведун. Книги 1-18

— Эй! — негромко позвал Олег, но староста не услышал.

Борис говорил с кем-то, заслоненным от ведуна углом дома. Олег, оглянувшись на распахнутую дверь, сделал несколько шагов вперед и увидел краешек белого платья.

— Значит, ты ее видишь, — удовлетворенно кивнул Олег. — Еще одно ква, если кому-то мало. Что же дальше?

Дальше староста, проверив, насколько крепко держатся за сруб колодца железные крючья, кряхтя полез вниз. В поле зрения пригнувшегося Середина вошел один из «сыновей» Бориса, опустил вслед за старостой ведро. Олег даже застонал тихонько: он опять ничего не понимал. Если волшебница была там, внизу, то зачем ей посылать к источнику людей? Значит, не через озера она добывает магическую воду?

О свойствах живой и мертвой воды Середин слышал предостаточно — и от Ворона, и от других людей. Если всему верить, то, имея в своем распоряжении оба вида магических жидкостей, что источаются самой землей, можно творить настоящие чудеса. Например, оживлять предметы — и не на время, как Олег подушку, а наделяя их частичкой самостоятельной души, не имевшей отношения к самому чародею. Что уж говорить, к примеру, о трупах? Обычный волхв способен лишь поддерживать в них видимость жизни, тут — совсем другое дело.

Чародейка подошла к самому колодцу, теперь Олег видел ее целиком. Еще раз оглянувшись на открытую дверь, он рискнул подобраться поближе, прячась за росшими вдоль деревенской улицы кустами, — если враг здесь, то Раде пока ничто не угрожает. Да и впервые выпал Олегу случай оказаться за спиной волшебницы. Чем черт не шутит, вдруг именно сейчас она не ожидает удара?

Однако «сын» старосты находился лицом к Середину, а еще два его разноволосых близнеца стояли рядом с чародейкой. Олег решил пока не рисковать и притаился в трех десятках шагов, быстро прочтя наговор для обострения слуха:

— …Дай мне, кошка, свои уши, дай мне, птица небесная, свои глаза…

Вскоре существо, прежде бывшее человеком, вытянуло из колодца полное ведро. Вода расплескивалась текла со сруба, и Середин впервые обратил внимание, как зелена трава у дома старосты. Будто и не палило ее солнце, не покрывала пыль. Чародейка, оставив в покое косу, которую она беспрестанно то заплетала, то распускала снова, подошла к ведру, зачерпнула воду руками, умылась. Все смотрели только на нее, Борис еще не показался из колодца — и Олег привстал, прикидывая, сколько прыжков придется сделать…

— Напиться не желаешь, ведун?! — звонко выкрикнула чародейка, задрав лицо к небу.

— Спасибо, нет. — Понурив голову, Середин повернул назад.

Было стыдно, будто его застали за чем-то неприличным. Волшебница за его спиной расхохоталась, что-то сказала. Ей ответил Борис, который тут же окликнул ведуна.