Ведун. Книги 1-18

А хочешь – от Вологды до Белого моря доплыть можно, тоже дорога торная.

– Вот проклятие! – Олег, осушив ковш, хлопнул им по столу.

– Чего забеспокоился, мил человек? – вскинул голову толстяк.

– Да друг у меня из купцов новгородских будет. Давно не виделись. Обнять бы его, поговорить, выпить вместе.

– Так за чем дело стало? Иди Белым морем. Вот и друга навестишь!

– А то я не знаю, какие там места и какая там погода? – усмехнулся Середин. – Там за неделю все печенки отморозишь… Не, уж лучше я к Любоводу опосля, отдельно заверну.

– Тут уж дело твое, – развел руками Тихомир. – Еще кувшин?

– Давай! – не стал спорить ведун. – Я так мыслю, через Сухону самый удобный путь выйдет?

– Олег! Кузнец ты наш щедрый! – приложил ладонь к груди толстяк. – Не спрашивай. Коли отвечу, на меня враз вина ляжет, коли с дорогой что не так сложится. Сам выбирай, сам с богами советуйся, сам кости кидай. Я тебе меда лучше налью. Хочешь, подсоблю, чем надобно. Но отвечать не стану.

– Сухона! – Ведун решительно хлопнул ладонью по столу. – Помогай!

– Чем?

– Кормчего найди. Я ведь здесь никого не знаю. А ты, мыслю, с людьми честными знаком. Помоги, друг. Укажи корабельщика, который до Вологды подбросит!

– Хороший ты мужик, Олег! – Тихомир поднял полный хмельного меда ковш. – Отчего не помочь хорошему человеку? Знамо, найдем струг попутный, не боись!

Мед у Тихомира оказался славен. Легок и крепок, мгновенно кружил голову и быстро поднимал настроение. Так что день этот закончился хорошо, с песнями. Причем пел Олег о космических вахтах, а хозяин ему вполне даже бодро и вразумительно подпевал. И вроде даже просил взять с собой в сие благолепное место.

После такого праздника Середин ничуть бы не обиделся, кабы хозяин про их уговор забыл. Однако через день к ним с Сиренью в светелку постучала Властимила и сообщила, потупив взор:

– Батюшка тебя на двор зовет, путник Олег. Гость у него. Сказывает, для тебя нужный.

Ведун уговаривать себя долго не заставил. Опоясался, сбежал по лестнице вниз, вышел на крыльцо.

Возле конюшни Тихомир оживленно беседовал с каким-то низкорослым крепышом с короткой курчавой бородкой и, несмотря на жару, в каракулевой шапке-«пирожке». Впрочем, рубаха с короткими широкими рукавами и полотняные штаны, заправленные в яловые сапоги, были как раз по сезону, легкие и продуваемые. Крепыш с громким хрустом жевал яблоко, тыкая левой рукой в сторону реки.

– Вот, вот он! – увидев Олега, ринулся к постояльцу толстяк, крепко обнял и быстро шепнул на ухо: – От Костромы до Вологды идти, как от Шексны.

– Так это ты, стало быть, кузнец и воин? – с недоверием поинтересовался крепыш. – По виду не скажешь.

– Ты покушал? – спросил в ответ ведун.

– Да, а что?

– Подбрось огрызок. – Олег повернулся к нему спиной.