Ведун. Книги 1-18

– Я готов заплатить любую цену, лишь бы каждое утро видеть твое лицо, твои плечи, твои бедра, целовать твои губы и глаза, слышать твой голос, касаться твоих рук, гладить твои волосы.

– У этой мечты нет цены, мой бедный витязь, – вновь покачала головой богиня, и ее глаза из черных стали голубыми, а волосы золотистыми, словно колосящееся поле. Платье поджалось и обернулось полупрозрачным шелком. – Даже у себя в Золотом мире я не бываю так часто, и тамошние обитатели не всегда могут видеть меня хотя бы раз в несколько дней. Где уж случиться подобному чуду в иных местах? Однако я знаю, что ты вспомнил обо мне не от пустой скуки. Сказывай, чего желаешь от своей покровительницы?

– Я хочу знать, что нужно сделать, чтобы обнимать тебя и целовать и уцелеть при этом!

– Умри, – посоветовала богиня. – Только испившие мою чашу могут не опасаться моих объятий. Ибо нельзя умереть дважды. Твои надежды призрачны, мой витязь. Оставь надежды и скажи, зачем ты звал меня на самом деле?

– Ответь, почему не умирает девочка по имени Сирень, выращенная в этом лесу волками?

– Эта маленькая злобная тварь? – Волосы Мары почернели, а платье стало длинным и темно-зеленым, из тяжелого бархата. – Я не хочу брать ее к себе. Мой Золотой мир – это место веселья и радости. Она слишком ненавидит людей и испортит бытие моим подданным. При сем она слишком сильная и хитрая колдунья, чтобы сгинуть на Калиновом мосту. Боюсь, река Смородина не сможет ее остановить. Ну ее, зачем рисковать? Пусть мается здесь.

– Но здесь из-за нее мучаются совсем другие, ни в чем не повинные люди!

– Тем радостнее и желаннее станет для них моя чаша, – улыбнулась Мара, снова становясь рыжеволосой и кареглазой, платье же облегчилось, превратившись в тогу.

– Как можно с ней справиться?

– Ты так много говорил о своей страсти, мой витязь, – грустно покачала головой богиня. Платье ее снова стало меняться, а волосы – темнеть и укорачиваться. – А оказалось, что тебе всего лишь хочется спихнуть с пути очередную чародейку…

Женщина отступила назад и слилась в единое целое со своим изваянием.

– Нет, нет! – метнулся вперед Олег, упал перед ней на колени. – Не уходи! Мне нужна ты, только ты! Мара, великая! Ты в мечтах моих и желаниях, ты в моих надеждах и снах. А ведьма – это просто жизнь. Борьба с ней – мой долг, которым я живу. Неужели ты не понимаешь разницы?

У ног ведуна кто-то призывно пискнул. Он опустил взгляд и увидел коричневого, с полосками вдоль спины, бурундука. Бурундук подпрыгнул, раскинул крылья и полетел над зарастающей дорогой, набирая высоту. И с каждым взмахом становился все крупнее и крупнее, пока над вершинами не взмыл гигантский орел, удаляясь в сторону восхода.

Наверное, это что-то значило.