Ведун. Книги 1-18

Если они остались еще и без мужиков, без хозяев и главных работников – и вовсе впору вешаться. Тут только в приживалках уцелеть получится, у далеких родственников на других землях. В деревне, осажденной волчьей стаей, даже в лес за грибами не сходишь. Огород тоже спокойно вскопать не получится – вскопанное потравят, на самих огородников охоту устроят. От такой жизни быстро вещи засобираешь.

Олег снова улегся на топчан и попытался заснуть. Ему предстоял долгий и трудный день.

С рассветом ведун срезал ивовый прут и отправился в обход по деревне, выискивая место, где скрывается ведьма. Крест на запястье должен был подсказать, где имеются следы чародейства, лоза – где находится тело. Однако поиски длиной в полдня не дали ничего – поселок был девственно чист и безопасен, никаких следов магии, никаких человеческих и не совсем людских захоронений здесь не имелось.

«Ква! – к полудню сдался Олег. – Ее останки не выбросили на ближайшей помойке. Похоже, куда-то унесли».

Это «куда-то» могло оказаться где угодно. Это мог быть лес, уголок поля, ее останки могли выбросить в реку, и их унесло течение. А могли снизойти к погибшей и кремировать – тогда поиски и вовсе бессмысленны. Или похоронить.

Увы, здешних похоронных обычаев Олег не знал – не пришло в голову спросить у хозяев, когда с боярином гостевали…

– Мир вам, люди добрые! Как живете, как здоровье, как с покойниками поступаете? – вслух попытался представить себе этот разговор ведун и рассмеялся. – Тут бы меня сразу с лестницы, сиречь с крыльца, и спустили.

Он пообедал, сводил коней на водопой, оставил пастись в соседнем дворе, сам снова взялся за лозу.

– А скажи мне, волшебная палочка, куда понесли из деревни останки забитой девочки?

Молодой человек вышел на центральную улицу деревни, повернул влево, сделал несколько шагов. Остановился, повернулся в обратную сторону. Лоза задрожала. Ведун приободрился, ускорил шаг, пересек всю деревню, вышел к лесу. Когда ива перестала дрожать, покрутился и, по подсказке лозы, повернул на тропку, уходящую в густой орешник. Миновав сосновый бор и просторный луг, он оказался в яблоневом саду, в центре которого ровным кругом стоял частокол. Тропа нырнула в распахнутые ворота, и лоза радостно дернулась толстым концом вверх: молодой человек нашел то, что искал.

– Электрическая сила…

Опустив лозу, ведун потер запястье, на котором пульсировал тревожным жаром православный крестик, пошел по пепелищу.

По месту, по форме частокола, по всем признакам это было святилище местной деревни. Однако в нем не уцелел ни единый идол. Остались только угли и пережженные кости. Одно огромное пожарище, в котором невозможно было определить даже, сколько богов избрали себе для поклонения селяне.