Ведун. Книги 1-18

Опустив змею в центр вписанного круга, ведун глубоко вздохнул, мысленно собирая все свои силы в тонкую серебряную нить, и зашептал призывный наговор:

– Стану не помолясь, выйду не перекрестясь, из избы не дверьми, из двора не воротами: мышьей норой, собачьей тропой, окладным бревном. Пойду в дальние леса, через широкие луга, через крутые горы. С людьми не говоря, старикам не кланяясь, девкам не улыбаясь. Стану на скалистом утесе, поклонюсь на четыре стороны. Вам поклонюсь, небеса звездные, вам поклонюсь, воды черные, вам поклонюсь, ветра буйные. При вас нарекаю амулет сей именем своим, при вас делюсь с ним плотью своей, при вас даю ему дыхание свое, дабы был он един со мной и ровно я сам, и рядом со мной, и за морями и лесами дальними, и в руках, и за небесами лунными, за годами долгими. Тебе кланяюсь, Ярило жаркое, на твою волю полагаюсь. Как проснешься, найди этой плоти моей пару верную, пару надежную, свари жаром своим воедино меня с нею, ровно я железо со сталью свариваю, дабы ни одна сила не разорвала, ни одна кривда не развела, ни одна ведьма не разлучила. И пусть сила моя избранницу сию бережет, ровно самого меня, пускай душа избранницы сей меня держит, ровно себя спасает. Отныне, присно и во веки веков…

Ведун наклонился и, вытянув губы, сделал на змейку спокойный выдох, мысленно выпуская на нее свою «серебряную нить», отдавая амулету, согласно произнесенному обету, частицу своего дыхания. Подул ветер, взметнул мусор и капли, бросил их чародею в лицо и задул сразу все свечи.

Вот и все, конец долгого дня. Духи приняли его клятву и признали в амулете крохотную частицу его души, сохранившуюся в не менее крохотной частице плоти. Оставался сущий пустяк: кто-то должен надеть змейку на шею и выйти с ней на солнце. Тогда Ярило через оставленные открытыми рубиновые глазки сможет пробиться внутрь смертного и прижечь его душу, связывая воедино судьбу избранника и судьбу чародея, ушедшего в чужой мир.

Но это, конечно же, возможно сделать только днем.

Молодой человек стер с картонки все магические знаки, убрал свечи и картонку в гараж, к змейке привязал тонкий кожаный шнурок, завернул в бумажку и спрятал в карман.

Спать Середин лег только в шесть утра, а встал в полдень. Наскоро приведя себя в порядок, он отправился в центр и у зоопарка купил в киоске охапку роз. Не самых больших и дорогих – зато много. К служебному входу он даже не совался – наверняка давно забыли. Купил билет, вошел в зоопарк и отправился в здание ветеринарной службы, благо с этой стороны никаких вертушек и вахтеров администрация не поставила.

В лаборатории было не заперто. Олег постучал, приоткрыл дверь и заглянул. Убедившись, что Таня Зорина на месте, выставил букет перед собой и вошел.