Ведун. Книги 1-18

Мастерская здесь была совсем скромная, с минимумом инструментов, но многого ведуну для задуманного и не требовалось.

Распотрошив обмотку старого генератора, с помощью газовой горелки он сплавил медь в слиток, снял шлак и дал расплаву застыть. Потом вытряхнул на наковаленку и взялся за молоток.

Разумеется, Олег знал, что медь обычно отливают, а не куют, но второе у него получалось намного лучше. Тем более что отрубленная от слитка полоска толщиной в четверть мизинца поддавалась даже слабому постукиванию. Это вам не рессору выправить и даже не нож проковать. Постукиваешь не торопясь – а она поддается, мягкая, словно масло.

Сперва он сделал капельку, потом вытянул ее примерно до десяти сантиметров, формочкой из гвоздя плотно, одну к другой, нанес череду овальных насечек. Пробил изнутри «голову», сделав два отверстия, прогрел, свернул спиралью, дал остыть. Макнул в масло, провел сверху горелкой, выжигая, потом прошелся тряпочкой с пастой ГОИ. Гарь на выпуклых деталях счистилась, в углублениях осталась – и крохотная змея тут же обрела рельефность, чешуйчатость, живость.

Макнув ее в нитролак, ведун оставил игрушку сохнуть, сам стянул футболку, с силой потер себя по рукам, сшелушивая старую кожу. Набрав пару крохотных щепоток, бросил их в чашечку с восковой свечой. Подогрел горелкой, тщательно размешал состав.

– Вот и свечи с человеческой плотью, – пробормотал он, разливая воск в четыре маленькие чашечки, наскоро слепленные из алюминиевой фольги.

Когда воск застыл, ведун вместо фитилей воткнул в них спички, вернулся к почти готовой змее. Изнутри вставил ей два рубина – так, чтобы их острые кончики выглянули из глазниц. Рубины были настоящие, из старых ткацких станков, где служили направляющими для нитей.

– И еще немножко моей плоти…

В этот раз он добавил «себя» в голову змеи, капнул сверху лаком, закрепляя вместе с рубинами, подождал, капнул еще, а потом еще раз, заполняя выемку до краев. Осторожно подул, выравнивая поверхность, уложил на верстак и вышел за ворота.

Пока он возился с игрушкой, наступила ночь. Погода была не очень, но облака закрывали небо не полностью, оставив во многих местах прогалины со звездами. Вокруг царила тишина: автовладельцы давно разошлись по домам, а охрана стремления патрулировать темные проулки никогда не проявляла.

«То, что надо, – кивнул Олег. – Не люблю проводить обряды под крышей»."

"Вынеся на дорогу лист картона, он нарисовал на нем мелом квадрат, вписал в него круг, начертал на углах знаки земли, воды, огня и воздуха, расставил свечи, зажег. Принес получившуюся змею, глянул изнутри, через ее голову, на огоньки. Все было в порядке, лак просвечивал, рубины света тоже не останавливали.