Ведун. Книги 1-18

Кабы сразу, в первые года заклинание переселения исполнить, так и труда никакого. Теперь же жизни не хватит, чтобы ее одолеть. Ничего, кроме как по кусочку земли оттяпывать и обряд на изгнание в нем проводить, в голову не приходит. Но больше десятка саженей за раз не отчитать. У тебя же лес верст этак десять на десять выходит… Думаю, если обратно очищенные места она захватывать не станет, за три жизни управишься.

– Мне не смешно, учитель!

– И мне не смешно, – пожал плечами Ливон Ратмирович. – Ну, так и чего теперь делать? Плакать? Так я к этому делу непривычен…

Сугроб в углу комнаты растаял, но под ним вместо прекрасной девы обнаружилась сушеная акула.

– Тогда что делать?

– Экий ты настырный, чадо, – вздохнул старый колдун. – Ну, для начала можно окружить заговоренными идолами, чтобы больше не росла, потом… Даже не знаю, что потом… Почему она не умерла, Олежка? Почему ушла в лес, а не за Калинов мост?

– Не знаю, учитель.

– Плохо. Мог бы спросить у своей обожаемой, прежде чем сюда от нее примчаться… Теперь уж до нее не докричишься. Против реки жизни плавать не умеет никто.

– Ты можешь отправить меня назад! – встрепенулся Олег. – Ты ведь это умеешь! Ты это уже делал!

– Нет, чадо, – покачал головой Ворон, – не отправлю.

– Почему? – не понял Середин.

– Потому, что ты мой лучший ученик. – Старый колдун сел на диван. – Я учил тебя так долго, что ты стал мне родным. Я отношусь к тебе, как к сыну. Я не скрывал от тебя никаких тайн, я указывал, что откуда проистекает и отчего случается, я учил тебя травам, богам и заклинаниям. Сколько можно обращаться ко мне за помощью, Олежка? Ты знаешь достаточно, чтобы справиться самому. Ты давно уже муж, а не отрок. А против реки жизни плавать не умеет никто.

– Но ты не учил нас путешествовать во времени!

– Сам, чадо, сам…

Ворон положил руку ему на лоб и с силой толкнул. Олег опрокинулся на спину и… проснулся."

"Уже рассвело, но по пленке продолжал мелко стучать дождик, так что вставать никакого смысла не имело. Не та погода, чтобы торопиться в путь, и не то настроение. Ведь получалось, что Ворон, так же как и он, признал поражение перед маленькой ведьмой. Отрезать от леса по кусочку и очищать от нежити и злых духов – никаких жизней не хватит. Вернуться назад во времени старый колдун тоже не позволил. «Плавать против реки жизни»… И какого лешего он повторил эту заезженную истину два раза, словно на что-то намекал? Река жизни, река жизни…

В сознании молодого человека зашевелился какой-то въедливый червячок, какое-то смутное воспоминание, невнятная неудовлетворенность. Что-то с этой философией было не так, что-то за ней скрывалось еще, общеизвестное, но уходящее мимо внутреннего взора.