Ведун. Книги 1-18

Посмотрел на небо, которое все сильнее затягивалось тучами, раскатал спальный мешок. Особой влажности в воздухе не ощущалось, так что дождя он не боялся. Ни по каким приметам ночью его случиться не должно.

Однако где-то в пять утра, перед самым рассветом, оказалось, что в двадцать первом веке даже погода перестала соблюдать приличия. Разбуженный ливнем Олег был вынужден выскакивать из спального мешка, добывать в бардачке кусок черной пленки с прищепками на углах и растягивать ее от руля и багажника к земле, организуя укрытие для спального места и пряча под нее же сумки с походными припасами.

Спать Олегу, в принципе, больше не хотелось. Однако дождь – не лучший спутник для мотоциклистов, а потому он решил еще немного отдохнуть, пережидая ненастье. Кроме того, пять утра – это то время, когда уже спят практически все. И раз вышла такая неприятность с погодой, то почему не воспользоваться случаем?

Застегнув молнию почти до подбородка, Середин закрыл глаза, сделал несколько глубоких вдохов и представил себе Ворона сидящим на скамейке: черные волосы стянуты резинкой на затылке, бледные губы удивленно вытянуты в трубочку, сухонькие руки уходят в широкие рукава рубашки… Сосредоточив все свое внимание на этом видении, прочувствовав его до мельчайших деталей, ведун начал плавно проваливаться в сон – расслабившись, но удерживая мысль краешком успокоенного сознания.

Осознать тот момент, когда уже спишь, у Середина не получалось никогда. Посему он просто выждал, насколько хватило терпения, и легким движением руки поставил между собой и образом учителя туманную завесу.

Облако – легкая невесомая преграда – разделяло его и Ливона Ратмировича, их разумы и их сны. И пусть в реальности между ними сотни километров – разве это препятствие для сна? Во сне возможно все!

Ведун двинулся вперед, вошел в белесую пелену, терпеливо пробиваясь сквозь «ничто», позволяя своему разуму ухватить чужие образы, подстроиться под них, открыть дверцу в чужие грезы…

Наконец пелена стала рассеиваться, утекать в стороны, и он увидел просторную комнату, купол над которой поддерживали мраморные колонны. На стенах меж опорами сияли увитые плющом зеркала, купол был расписан под голубое небо, наполненное рельефными облаками и ангелами. Пол тоже был не простым, а прозрачным. Под ногами Олега лежал чистый золотой песок, а дальше, возле Ворона, на пляж накатывали волны.

Хотя, конечно, пол мог быть и не стеклянным, а жидкокристаллическим, и все под ним – обычная картинка в стиле «обоев для экрана»."

"Старик, одетый в свободные шаровары и майку, возлежал на диване, а перед ним стояла на коленях юная дева, смуглая и рыжеволосая, одетая в основном в бусы, пояса, цепочки, жемчуга и самоцветы.