Ведун. Книги 1-18

Половцы, виновники сей войны и сего несчастия, убивали Россиян, чтобы взять их коней или одежду.

Н. М. Карамзин. История государства Российского. Глава VIII

Добраться до Дербента без проводников получилось куда проще, чем ожидали путники. За три дня обоз выполз из глухих горных ущелий, куда заманили его разбойники, на проезжий тракт, по которому покатился ровно на север. На первом же россохе Олег приказал повернуть в сторону восходящего солнца, и вечером того же дня они вышли к морскому побережью. Еще два дня пути по предгорьям Кавказа, между вершинами и морем — и впереди показалась неприступная каменная твердыня, совсем недавно обретшая гордое звание свободного эмирата. Или ханства. Или халифата…

Насколько помнил Олег, сия неприступная твердыня постоянно переходила из рук в руки между хазарами, арабами, турками, персами; она освобождалась, занималась, а потому точно угадать, что за звание носила она в этот раз, было невозможно. Прочная стена крепости перекрывала половину мира ничуть не хуже китайской. Две версты каменной кладки начинались из соленых волн Каспийского моря — служа одновременно молом для гавани торгового порта, — разрезали перешеек и упирались в скалистые склоны Кавказа. Не обойти и не объехать.

Высокие стены из каменных блоков могли стать непреодолимой преградой для храбрых нукеров, если бы не горсть серебряных монет, отсыпанная в чашу начальника привратной стражи. Длинноусый круглолицый воин не только указал покорителям половины мира удобную дорогу к порту, но и признался, что всего четыре дня назад через ворота прошли на север две сотни половцев без заводных коней.

Здесь монголы расстались со своим обозом и новгородским купцом. Походное снаряжение и монгольское добро Любовод поклялся отправить через море на восток, в порт Дилак, откуда наместник сам переправит его в Хара-Хорин. Со своей же частью товара он отправлялся домой, к заждавшейся молодой жене и оскудевшим амбарам. Единственное, что смутило ведуна, так это фраза:

— Увидимся в Муроме, — что сказал купец, обнимая его на прощание.

Но уточнять при всех, что к чему, Олег не захотел. Рисковать столь важной тайной совсем недалеко от цели пути он не хотел.

Тракт, на который стража эмирата беззаботно пустила вооруженных чужаков, тянулся мимо стен города, притулившегося в горах на две сотни саженей выше порта. Может быть, поэтому никто и не заинтересовался целью пути двух тысяч идущих одвуконь копейщиков. Прошли, как и не было — всем все равно. Заплатили, и ладно.

Без медлительного обоза конница пошла веселее, проносясь за день по тридцать-сорок верст. Двигались они по дороге, мимо частых постоялых дворов, а потому с легкостью узнавали о поведении разбойников. Половцы без заводных медленно теряли преимущество.