Ведун. Книги 1-18

Однако внутренний голос подсказывал, что, вернувшись на работу, за первый же промах любого своего сотрудника Роксалана отрубит голову, не спросив мнения профсоюза и не предоставив выходного пособия. Причем в самом прямом, а не переносном смысле.

— Опять тебе не дали «Вискаса», мой за-айчик? — нежно проворковала Роксалана.

Поскольку ремонтники инжекторов кошачий корм наверняка не потребляли, Олег сделал вывод, что в далеком будущем по его спутнице скучали не только родители. Это открытие немного заглушило внутренний голос ведуна и взбодрило совесть. Взбодрило настолько, что Середин поднялся, натянул штаны, опоясался и прошел мимо очага к пологу, мимоходом кивнув упавшим ниц молчаливым близняшкам.

Полог легко сдвинулся в сторону, по глазам с ослепительно-яркого неба ударило солнце. Ведун невольно зажмурился — а со всех сторон тут же приветственно взревели мужские голоса:

— Приносящий добычу! Сын ворона! Посланник! Посланник!

Олег заторопился, опасаясь, что к нему опять кинутся с просьбами, подарками и пожеланиями. Уже не раз с утра пораньше, вместо того чтобы спокойно сделать все то, что нормальные люди делают на рассвете — умыться, одеться, размять кости, — ему приходилось то разрешать споры, то вести утомительные долгие разговоры. Пару раз он даже попадал на пышные и ужасающе бесконечные пиры."

"В это утро повезло: он спокойно спустился к ручью, ополоснул голову, растерся возле густых зарослей бузины чистым пушистым снегом, пригладил ладонями давно не мытые волосы — и только на обратном пути его перехватил смутно знакомый мальчишка с огромными, как у лягушонка, глазами, упал на колени, сдернув шапку и низко опустив голову:

— Здоровья твоим стадам, Приносящий добычу, — торопливо выпалил он. — Дозволь старейшинам нашим подношение тебе доставить.

— Каким старейшинам? — не понял ведун.

— Нашим, Приносящий добычу, рода куницы, — втянув голову в плечи, сообщил посыльный.

— Пусть приносят, — с легкостью согласился Середин. — Только не на рассвете. Где-нибудь пополудни.

И он пошел дальше, не придав никакого значения этой обыденной просьбе. Дары из разных родов ему приносили чуть ли не каждый день. А иногда — и несколько раз на дню. Все они заканчивались одинаково: просьбой принять десяток-два, а то и полусотню воинов в свою свиту. Как деликатно выражались кочевники — «дозволить проводить сына ворона домой».

Откуда брались добровольцы — Олег понимал отлично. Нескончаемый обоз с добычей, медленно ползущий от долины к долине, действовал на юных воинов, как веточка валерианы на бездомного кота. Для молодых кочевников толика подобного богатства обещала славу и почет, долгую безбедную жизнь, красивых жен и уважение соплеменников.