Ведун. Книги 1-18

Мясо согрелось, господин.

— Ну, так неси! — обрадовалась девушка. — У меня с утра маковой росинки во рту не было! Олежка, смотри. Кожаные ножны с наборным поясом совершенно не смотрятся!

— Не смотрятся — сними.

— Ну, уж нет. С вами, мужиками, без сабли разговаривать нельзя. Всегда под рукой должна быть.

— Тогда носи как есть.

— Но не смотрится!

— Тогда сними.

— Олежка, а если на них сверху донизу так плотненько серебряные пластинки наклепать? Я у Бий-Султуна такие ножны видела.

— Знаешь что, Роксалана…

— Да, мой единственный? — перебила его спутница и одарила столь лучезарной улыбкой, что он вздохнул и сплюнул:

— Ладно. Найдете серебро — сделаю.

— Олежка! — Она наклонилась и чмокнула его в щеку. — Тария, доедай и пошли.

— Подождите, — распрямился Середин. — Ну-ка, встань.

— Да, дорогой? — довольная собой, вскинула брови девушка.

Олег протянул руки, накрыл ладонями ее груди, чуть потискал, слегка приподнял, отпустил.

— А каблуком по моське? — Улыбка Роксаланы сползла куда-то вниз, за ворот рубахи.

— Ты опять споришь, женщина?

— Ох, напросишься, Олежка, — покачала она головой. — Твое счастье, настроение сегодня не то.

— Ступай, милая, ищи, пока конкуренты не набежали.

Ведун допил кумыс, вернулся к горну, высыпал в него остатки угля из второго мешка и взялся за мех. Работы оставалось уже не так уж много: расковать сляб, равномерно разровняв металл по толщине, разрубить вертел и наварить получившиеся полосы параллельно друг другу.

— Нету ничего, — вернулась недовольная Роксалана. Следом Тария принесла охапку какой-то одежды и бросила перед юртой. — Слышишь? Нету нигде больше никакого серебра!

— Можно снять с моей шапочки, господин, — предложила Тария.

— Не нужно. Если хочешь сделать одну хорошую вещь, это не значит, что можно испортить другую. Роксалана, иди сюда.

— Чего, Олежка?

Ведун опять неторопливо и старательно ощупал ее грудь, отвернулся.

— Ты ничего не хочешь мне сказать, милый, прежде чем я сверну тебе шею? — холодно поинтересовалась девушка.

— Да, дорогая, — кивнул Олег. — Ты мне еще понадобишься минут через десять.

— Через десять минут ты будешь уже чуть теплой тушкой. — Шамшер с шипением пополз из ножен.

— Встань чуть правее, — попросил Середин. — Корыто загораживаешь.

— Повернись ко мне и прими смерть как мужчина!

— Заканчивай цирк, Роксалана. — Олег снова загрохотал по наковальне. — Здесь нет посторонней публики. Лучше пояс пока сними, чтобы не поцарапать. Давай-давай, не крути зрачками.

Он подцепил светло-вишневую пластину клещами и кинул в воду.

— Тария! Тряпку какую-нибудь дай, что не жалко.

— Вот, господин, — на миг нырнув в юрту, вернулась с обрывком полотна кочевница. Судя по вышивке, когда-то оно было подолом рубахи.