Ведун. Книги 1-18

Ломиться зимой через нехоженый лес — занятие не для слабых. Снегу местами по грудь меж кустами или деревьями наметает, под ноги постоянно стволы попадаются, ветки за ступни цепляются, трава, валежник. Каждый преодоленный метр — маленький подвиг. Одно хорошо: во время такого путешествия не замерзнешь. Не знай Олег, что до реки всего несколько километров — может, и не рискнул бы тратить столько сил на путешествие. Попытался бы на месте обосноваться. Но в этот раз деваться было некуда — и часа через четыре они увидели впереди полосу чистого ровного снега.

Русло. Значит, дошли.

— Я сейчас умру, — свалилась Роксалана в просвет между заиндевевшими кустарниками.

— Куда в снег ложишься? Простудишься!

— Какая разница? Мы все равно умрем. У нас ни еды, ни одежды, ни спичек. Ничего. Жилья нигде вокруг нет. Скоро ночь. Будет еще холоднее. К утру мы замерзнем. Совсем окоченеем. Останутся только сосульки. Зачем ты меня сюда притащил? Мы могли умереть и там. А еще лучше — в вертолете. Бац сразу — и смерть. Никаких мучений.

— Иди лучше валежника пособирай, хвороста.

— Зачем? Мы все равно умрем.

— Тьфу…"

"Ведун пошел по кругу, выбирая упавшие в этом месте тонкие ветки и одновременно утаптывая снег. Потом начал прохаживаться в разные стороны, проделывая «лучи», выворачивая из-под снега хворост (этот отдельно, он влажный), обламывая торчащие над сугробами веточки (эти точно сухие — их тоже отдельно). Но больше всего его интересовали стебли травы и пучки сухого мха. Всегда есть места, куда не попадает дождь и снег, куда не проникает сырость: дупла, норки под корнями, места под толстыми старыми бревнами. Там чуть-чуть, тут чуть-чуть… Глядишь, горсточку хорошей растопки и набрал. А сверху — тонких сухих веточек, и веточек потолще. Валежник пойдет в последнюю очередь, очищенный от снега и проверенный на сухость. Сырой, впрочем, тоже сгодится — но когда костер заполыхает.

Олег вынул из-за ремня пистолет, передернул затвор, вытащил и кинул в сумку обойму. Дернул затвор снова, поймал вылетевший патрон. Вцепился в пулю зубами, вывернул из гильзы. Высыпал большую часть пороха на кучку растопки, вместо него плотно набил скрученного мха, дослал патрон в ствол, в сам ствол тоже напихал поломанной сухой травы. Потом направил оружие на растопку и нажал на спуск.

Б-бах! — рассыпанный по растопке порох полыхнул ярким белым огнем, опал, но после него осталось сразу множество дымков: мох и трава затлели почти везде. Ведун наклонился, раздул огонь, поправил веточки. Дожидаясь, пока возгорится первое пламя, Олег вернул обойму на место, потом подложил валежник и отправился в лес за новыми припасами дров.

Роксалана дрогнула и на корточках переползла к огню. Вытянула к нему руки.