Ведун. Книги 1-18

Кому успели надоесть и власть и победы. Открыть врата Итшахра, встретиться с мертвыми, со своими предками и друзьями, изведать абсолютной, божественной власти — вот чего мне хотелось многие века…

— Что же тебя остановило?

— Последние полвека человечество изменилось. Из мира служения оно шагнуло в мир развлечений. Все эти компьютеры, викторины, аттракционы, стимуляторы, симуляторы… Смертные придумали себе столько веселья, что сами начали забывать о простых плотских утехах. А я… Я только теперь начал получать удовольствие от жизни. Давно забытое удовольствие. Если врата Итшахра откроются, если миры соединятся — я лишусь всех развлечений. И простых, и сложных, и тем более тех, что уже придумали хитрые смертные, но еще не успели воплотить. Не уверен, что даже абсолютная божественная власть сравнится с добротным авиасимулятором. Сидеть и повелевать, повелевать и сидеть. Трон, зал, холодная стража, послушные рабы… И ни одного телевизора. Скажи, чужеземец, что лучше иметь: сотню послушных рабов, которых ты можешь казнить, пороть и прощать, — или всего лишь одну русскую горку с «мертвыми петлями», тоннелями и бассейном?

— Не знаю, — покачал головой ведун.

— Знаешь, — уверенно кивнул чародей. — Знаешь, но боишься сказать это вслух. Ведь у тебя никогда не было ста послушных рабов.

Аркаим встал, отошел к окну:

— Ты смотри, уже полдень. Как бежит время! Я бы пригласил тебя на обед… Но я ничего не ем, а посещение казармы вряд ли покажется тебе торжественным приемом.

— Пожалуй, мне пора, — поднялся и Середин. — Странно, но я почему-то больше не испытываю к тебе ненависти.

— Ничего странного. Ведь мы теперь на одной стороне. Мы оба хотим спасти мир. Прощай, чужеземец. Хотя… Почему прощай? Если тебе понадобится помощь, то знай: здесь у тебя есть надежный друг. Я не стану тебя провожать, ученики этого не поймут. Спускайся на лифте вниз, тебя никто не задержит. Твое оружие оставлено у ворот.

— Что же, — взял кейс Олег. — И ты прощай, законный правитель Каима."

"В душе Середина засело-таки некоторое подозрение, что что-то тут не так: очень уж просто чародей отказался от своих планов, слишком легко простил обман и подозрительно добродушно прошла их беседа — однако никто не попытался напасть на ведуна во дворе, привратник безропотно вернул пояс и распахнул дверь. Не обнаружилось засады и в дубраве перед замком.

— Может, и правда изменился Аркаим? — пожал плечами Середин, усаживаясь в машину. — Для человека, просидевшего на троне около трех тысяч лет, компьютерная игрушка и вправду может показаться интереснее абсолютной власти. К тому же… Это я разговаривал с Любоводом всего месяц назад, обсуждал с ним планы, вспоминал его невесту. Для Аркаима же прошло одиннадцать столетий.