Ведун. Книги 1-18

Середин привычным, наработанным долгим опытом движением отбил выпад врага, чуть приседая и делая нырок вперед, потянул оружие за собой и широким взмахом рубанул монстра поперек груди. Тот попятился, словно его огрели дубиной, крутанулся, тихо простонал и, подхватив скамью, метнул ее в окно. Стекло посыпалось сверкающим ливнем, а незваный гость прыгнул на скамью, наполовину вылезшую наружу, сделал два шага и скакнул в проем.

— И это все? — Олег, так толком и не вступив в бой, не выплеснув свой адреналин в жестком поединке, испытывал одно разочарование. — А как же мы?

— О Боже… — Гарита, усевшись на полу, закрыла лицо руками и заплакала. — Я так… Я так… Я уже подумала…

— Ого, — поднес клинок к глазам Середин. — Оказывается, у нашего потустороннего друга есть кровь.

— Правда? — поднялся на ноги Тюлень. — Так он теперь подранок? Эх, сейчас бы его по следу… Вот только у нас ни фонариков, ни собак. Утром! Что, Олега, утром его добьем?

— Если догоним. — Олег вытер клинок салфеткой и убрал в ножны. — Что у этого чудища хорошо получается, так это драпать.

— А куда он с острова денется? На рассвете и возьмем. Вот, блин! Этот паразит, похоже, всем аппетит испортил. Думаю, нужно брать водку, пиво и подниматься наверх.

— Урсула, прихвати лучше чего-нибудь перекусить, — скомандовал Середин. — Вячеслав Григорьевич, пошли. Сквозняк тут. И в окно неведомо кто влететь может. Место тут больно странное, как бы сюрприза не случилось.

Восстанавливать баррикаду на первом этаже мужчины не стали. Какой смысл, если все равно окно нараспашку? Но лестницу завалили на совесть, после чего еще около часа сидели компанией прямо на ковре, доедая холодец и заливное, печеную форель и копченого судака, и все это — под водочку и терпкое немецкое вино. Теперь, когда стало ясно, что чудовищного монстра можно без труда прогнать, а то и зарубить — настроение у гостей скита явно улучшилось.

Первыми закончились свечи. Вместе с ними угасла и вечеринка: в темноте ни нальешь толком, ни закусишь, да и собеседников во время разговора все же видеть приятнее. Люди разошлись по номерам. Антиквару Середин сотворил вокруг кровати защитный круг, настрого приказав до утра его не пересекать, потом начертал такой же у себя в номере, заговорив его после того, как рабыня нырнула в постель. И, чтобы точно ни о чем не беспокоиться — закрылся одеялом с головой.

Спал Середин на этот раз крепко — но не долго. На рассвете, с первыми лучами солнца, Тюлень тронул его за плечо:

— Собирайся, герой, — шепнул он. — Уже светло, пошли чуду-юду искать. Пока следы никто не затоптал.

Олег сладко потянулся, зевнул, но Сергея послушался. Ведун выбрался из постели, оделся, опоясался, вышел в холл, отодвинул кресло, пролез под диваном и спустился вниз.