Ведун. Книги 1-18

Но если это так, тогда в большинстве подобных наговоров всегда присутствует элемент неопределенности — а захочет ли «бык» или «старик» исполнять твою просьбу? И опять же такие заговоры невозможно компилировать, как заклятия на приворот, на излечение и защиту от сглаза… Эх, сесть бы сейчас у Ворона в кабинете с бутылочкой пивка да задать ему пару прямых вопросов. Но нет рядом старика, самому нужно разбираться.

До сих пор заговоры получались в любом случае. Может, это действительно просто присказки? А может… А может, старания радуниц — покровительниц родов? Может, все эти «быки» и «деды» — тотемы далеких предков? Тогда они всегда станут помогать потомку своего рода, но не откликнутся на призыв инородца — как бы точно тот ни совершал древние обряды. Так сказать, магическая сегрегация. Исполняемость заклятий по генетическому признаку. Ворон, кстати, прежде чем к себе учеников приблизить, немало их отцами и матерями интересовался, гороскопы составлял…

«Так или не так? — перевернулся с боку на бок Олег. — Вот бы проверить!»

Его размышления прервало близкое конское ржание, стук копыт. Ведун приподнялся на локте и увидел, как по дороге подкатываются уже знакомые пять телег с путниками из Ельца. Воистину, сегодня выдался неудачный день. Верховому от обоза не уйти! Позорище! Теперь все знакомые в спину хихикать станут."

"Середин демонстративно отвернулся к костру, помешал разваривающуюся в котле кашу. Покосился на гостей. Путники остановили повозки на краю дороги. Половина начали распрягать лошадей, несколько мужиков сразу двинулись в лес. Девицы принялись развязывать узлы, стелить на землю попоны. Извлекли два котла, зачерпнули воды, расселись на попоны и принялись что-то нарезать. Из-за дороги подошли мужики с валежником. Один остался разводить огонь, двое других двинулись обратно. К тому времени, когда лошади были отерты, напоены и отведены к кустарнику с торбами на мордах, под котлом уже плясал огонь, возле берега лежала изрядная горка ровных чурбаков, а на попоне, возле которой собрались путники, была разложена первая, легкая снедь. Удобно всё-таки, когда рабочих рук много…

От импровизированного стола поднялась девушка. Кося глазами в сторону и широко улыбаясь, поклонилась:

— Наш кошт тебе добром кланяется, мил человек. Милости просим к нам за общий котел.

— Благодарствую, красотка. У меня, видишь, свой чугунок полон.

Девица, развернувшись, со смехом убежала, потопталась возле попоны и повернула назад:

— От души к себе приглашаем, мил человек. В доброй компании и пиво пенистее, и хлеб вкуснее.

— Благодарствую, красавица, не хочу зазря беспокоить. Я не голоден совсем…

Насчет того, что не голоден, Середин, естественно, приврал.