Мэйфейрские ведьмы

Но похоронная церемония давно закончилась, и Лайтнер не может не знать, что я жду его, что меня мучают мысли о Мэйфейрских ведьмах, от которых щемит сердце. Но я жду. Потому что обещал дождаться его, потому что он не позвонил и потому, что мне необходимо увидеться с Роуан.

Эрону придется поверить мне на слово, что я непременно вернусь и тогда мы все обсудим. Но это будет завтра, а если понадобится, то и послезавтра… А сегодня я должен встретиться с Роуан!"

"И последнее. Если я сейчас закрою глаза и попытаюсь воссоздать в памяти свое видение, — точнее, ощущения, ибо фактические подробности давно забылись, — уверен, что те люди, с которыми я тогда встретился, по-прежнему будут казаться мне хорошими и добрыми. Я вернулся ради какой-то высшей цели. И согласие выполнить эту миссию стало проявлением моей свободной воли.

Признаюсь, меня приводит в отчаяние собственная неспособность постичь смысл образа дверного проема — или портала? — и уловить значение числа тринадцать. И все же меня не покидает чувство, что люди там, наверху, были хорошими.

К Лэшеру это ни в коей мере не относится, ибо он, несомненно, разрушил жизнь нескольких женщин. Возможно, он уничтожил всех, кто когда-либо осмелился ему сопротивляться. И вопрос Эрона о том, каковы цели этого существа, остается актуальным. Это создание вытворяет что хочет. Но почему я назвал его созданием? Кто его создал? Тот же, кто создал и меня? Но кто именно? Кто — или что? — служит источником нашего бытия?

Источником служит зло.

Что означала его улыбка тогда, в церкви, когда мне было шесть лет? Позволит ли он коснуться себя и постичь его цели? А если позволит?

И вновь на память мне приходят слова «предназначено», «предопределено» и «спланировано». И эти слова сводят меня с ума. Все мое существо восстает против них. Такие понятия, как «миссия», «судьба» или «великая цель», связаны со смелостью, героизмом, со свободой выбора и свободой воли, в то время как «предназначение» и «предопределение» способны лишь наполнить душу отчаянием.

Как бы то ни было, в данный момент я весьма далек от отчаяния. Меня сводит с ума неизвестность, я не в силах больше оставаться в этой комнате, я страстно, всем существом своим рвусь к Роуан. А кроме того, я горю желанием собрать воедино все разрозненные сведения и факты и выполнить возложенную на меня миссию, ибо уверен, что принял ее на себя именно потому, что во мне самом еще осталось что-то хорошее.

Не знаю почему, но мне вдруг вспомнился Гандер и то, как он произнес: «Предположения, предположения и догадки…»

Как жаль, что Эрона сейчас нет рядом. Он мне нравится. Честно. Они все мне очень симпатичны. Я понимаю и высоко ценю то, что они здесь делают.