Дмитрий Державин и ведьмин глаз

Он никому не позволил взять его в руки, решив, что если уж ему суждено сражаться с ним и, возможно, проиграть, то он хотя бы не будет прятаться за чужими спинами, как при встрече с Балагриссой в тёмном подземном переходе.

— Мам, не переживай, я справлюсь, — решительно сказал он, когда Светлана Николаевна предложила забрать жезл себе. — Куда бы ты его не спрятала, он все равно ко мне вернётся. Ведь так сказал Рудольф Аркадьевич? Я положу его на самое видное место, чтобы не думал, что я его боюсь. И после этого больше пальцем к нему не притронусь.

Они прошли мимо кафе, в котором совсем недавно давали интервью, и направились к выходу из Тайной долины. Но внезапно Светлана Николаевна остановилась и замерла, словно к чему-то прислушиваясь.

— У нас есть ещё одно незаконченное дело, — через мгновение произнесла она и повернула обратно.

Димка с Витькой в недоумении последовали за ней в сопровождении бесстрастного Фёдора. Они вернулись к кафе и обошли здание сбоку, направляясь к служебному входу. У закрытых дверей, опершись спиной о стену, сидела девушка и плакала навзрыд. Светлана Николаевна остановилась перед ней и с сочувствием спросила:

— Что случилось, дорогая моя?

Та недоуменно подняла заплаканные глаза и быстро встала.

— Ничего… Простите, это я так. — Она горестно махнула рукой и пошла прочь.

— Это все из-за той репортёрши? Тебя уволили за тот несчастный кусок торта?

Девушка остановилась, как вкопанная.

— Откуда вы знаете? — повернувшись, изумлённо спросила она дрожащим от слёз голосом.

— Мы же с тобой волшебницы, — улыбнувшись ответила графиня. — На старших курсах тебя ещё и не такому научат."

"Девушка опустила глаза, пару раз шмыгнула носом и вновь разрыдалась.

— Я ничегошеньки не сделала. Этот торт сам слетел с моего подноса. А та женщина… Она кричала, что подаст на меня в суд, что уничтожит меня, что мне до конца жизни придется мыть полы… — девушка захлебывалась от рыданий. — Я копила деньги на следующий год обучения, а теперь… — Больше она ничего не смогла произнести из-за душивших её слез.

Светлана Николаевна подождала, пока бедняжка немного успокоится и участливо спросила:

— Как тебя зовут, милая?

— Лена, — ответила она, вытирая слёзы. — Я, пожалуй, пойду. Простите, что вывалила на вас всё это.

— Лена, сколько ты получала в этом кафе? Марок пятнадцать, наверное?

— Десять, — ответила девушка через плечо, смотрясь в маленькое зеркальце и пытаясь поправить безнадёжно испорченный макияж.

— А в какой школе учишься?

— Райзенкрик. Пятый курс закончила.

Светлана Николаевна достала магический жезл и что-то начертила им в воздухе. После недолгого ожидания Димка вдруг услышал мужской голос:

— Ваше сиятельство, какая честь! Чем обязан?

Лена вдруг замерла, а потом испуганно обернулась.