Верховная Ведьма

Помедлив, иронично хмыкнул, поднимая на меня глаза:

Черты лица укрупнились, волосы вытянулись до раздавшихся плеч и чуть посветлели, не утратив сочного каштанового оттенка. И только взгляд остался тем же— слишком серьезным для подростка, слишком прямым и открытым для стоящего передо мной мужчины.

И я наконец-то сообразила, кого мне напомнил висящий в святилище портрет.

— Вам спасибо, госпожа ведьма. — Рыцарь торжественно и вместе с тем непринужденно, словно делал это сотни раз, опустился на одно колено и легонько коснулся губами моей безвольно обвисшей руки.

Я почувствовала только легкое тепло и знакомый укол магии.

— Ой… вы что, этот… как вас там… э-э-э… святой умертвий, ой, то есть Фендюлий? — ошеломленно пролепетала я.

— Я далеко не святой. — Губы рыцаря тронула легкая улыбка. — Как, впрочем, и вы. Но это не мешает нам добросовестно выполнять свою работу, во что бы мы ни верили.

— Я — да. — Нарастающее возмущение помогло мне взять себя в руки и перейти в атаку: — А вот вы что-то халтурите! Замок — ваш, орден — ваш, значит, и умертвие тоже было ваше! Меня-то вы зачем в это дело втравили? Поиздеваться над глупой ведьмой?!

— Увы, я все-таки… — Рыцарь прикусил губу, сдерживая горьковатый смешок. — …Святой, а не умертвие.

И не могу вмешиваться в события столь радикально. В моей власти лишь слегка повлиять на них, придав нужное направление.

— Предложив ведьме столько золота, чтобы она не смогла отказаться от подвернувшейся халтуры? Заманив ее к озеру и заставив проторчать там битую ночь? Постоянно путаясь под ногами и мешая колдовать? А эта ваша дурацкая магия, следы которой я находила только там, где вы этого хотели? — Я запнулась, вспомнив, что ощутила ее и на флаконе с противоядием. Эх, жаль, уборную не догадалась проверить… — А может, вы и моей кобыле потайной ход показали? Да нет, какое «может» — точно!

Рыцарь положил руку на холку мышастого конька… нет, серого в яблоках боевого жеребца, ласково ткнувшегося храпом в хозяйское плечо.

— Каюсь, я несколько переиграл. Но с «озером» вы погорячились — я изредка должен возвращаться в него, чтобы восстановить силы. С вашей погоней за умертвием это совпало совершенно случайно. А если бы я не остановил вашу руку и умертвие пало на месте, остальные заговорщики остались бы безнаказанными и продолжали творить зло.

— В этом мире даже святым нельзя верить, — проворчала я. — Так и норовят загрести жар чужими руками!

— Безобразие! — поддакнул рыцарь. — В этом мире ведьмы не желают поспособствовать торжеству добра даже за шестьдесят кладней!

Я машинально коснулась сыто звякнувшего кошеля.