Невеста по приказу, или Когда свекровь ведьма

Я покачала головой, чувствуя, что сейчас расплачусь от отчаяния. Как бы я хотела, чтобы не было никакой магии! Никогда! Если я не в силах никому помочь, зачем она нужна?

— Я не знаю. Но магия — это скорее зло. Я предпочла бы не иметь этого дара.

Вито задумчиво выдохнул:

— Сама по себе магия — не добро и не зло. Добром или злом она становится только в руках человека, который ею обладает. Думаю, именно поэтому она держится в секрете. Рано или поздно всегда найдется тот, кто захочет воспользоваться чужой магией в своих целях. И рано или поздно найдется тот, кто это сможет.

— Ты меня пугаешь. Ты хочешь сказать, что Трастамара хочет мною воспользоваться? Моей магией?

— Трастамара или король. У меня нет иной догадки. Мать всегда говорила, что кровные родственники для ведьмы наиболее опасны. Магии они неподвластны, но могут найти рычаги влияния. О даре матери знаем лишь мы с Леандро. И на обоих лежит печать молчания.

Я вновь покачала головой:

— Но Трастамара мне не родственник. И не может им быть. Король — тем более!

— Это тоже верно. Трастамара — дальний родственник короля из семьи Осорио. Герцогский титул он получил не так давно. Но как у него оказался тот медальон? — Он нахмурился. — Я никогда не слышал о подобном. Чтобы магия передавалась через вещь. Магия передается от матери к дочери. Напрямую и в непосредственном присутствии. Это то, что я знаю от матери. Но через вещи…

Он замолчал. И я молчала. У меня не было версий. Как можно предполагать что-то, о чем вообще ничего не знаешь? Вито посмотрел на небо:

— Поспи немного. Скоро рассветет. Нам нужно как можно быстрее добраться до дома, только там мы будем в безопасности.

Он притянул меня к себе так, что голова легла на его плечо. Я не возражала. У меня будто камень с души свалился — между нами больше не было тайн. Как я и хотела. Пусть оставалось еще много вопросов, но сейчас я не ощущала себя одинокой. И с ним мне не было страшно, несмотря на обстоятельства. Огорчало одно: если я закрою глаза, сразу усну. Это мгновение оборвется и, может быть, уж никогда не повторится…

— А какой зверь у твоей матушки?

Вито покачал головой:

— Я не знаю. Она никогда ничего не говорила. Сам я никого не видел. Я даже не уверен, что у нее вообще есть зверь.

— Есть. Так Желток утверждает. Говорит, что она каждый день ходит на внутреннюю сторону, чтобы накормить его. Желток его боится, но наотрез отказывается отвечать, что это за зверь.

— Может, твой Желток просто… сочиняет? Или шутит? На внутренней стороне золотой грифон — король зверей. Кого он может бояться?

— Поспи, хотя бы, час. Ты устала. Поедем на рассвете.

Я поддалась на уговоры и мгновенно провалилась в липкий сон без сновидений.