Невеста по приказу, или Когда свекровь ведьма

Я заглянула в его лицо:

— А наши слуги? Вещи?

Он криво усмехнулся:

— Без господ слуги здесь не нужны. Их выставят вон, и они вернутся в Кальдерон. А вещи… Если его величеству, все же, так нужно наше нижнее белье, пусть забирает. И носит с удовольствием.

Но мне было совсем не смешно. Я бросала мою Пилар. Просто бросала. Одну. И сердце кровью обливалось. Мы не расставались никогда. Всегда вместе. Сейчас я ее почти предавала. И… Я похолодела, и в ушах загудел шквальный ветер: мое зеркало осталось у нее. Но о том, чтобы добровольно вернуться, не могло быть и речи. Если Вито считает, что ситуация очень серьезна, значит, так и есть. Но при первой же возможности я расскажу ему все без утайки. Если бы не моя глупость, может, ничего этого сейчас бы не было… Оставалось только надеяться, что Пилар сумеет сберечь мое зеркало. Без него я буду совсем никчемной.

Вдруг Вито убрал руку:

Будто сквозь пелену я увидела, как растворялись золоченые ворота с узорной решеткой и королевским гербом. И нас словно понесло ураганом. Я изо всех сил старалась удержаться в седле, пригибалась к конской шее. Мы за какие-то невероятные мгновения преодолели подъездную аллею и нырнули в ночную тьму.

Я все еще не верила, что нам удалось вырваться. Мы сразу свернули с тракта и запетляли пустыми проселочными дорогами. Но сердце не унималось. Кони, наконец, сбавили бег, и я мешком подскакивала в седле под мелкую неровную рысь. Больше всего сейчас мне хотелось спешиться и размять ноги, но я не смела капризничать.

Мы совсем свернули с дороги и двигались вдоль кромки леса. Молчали. Все мои силы уходили лишь на то, чтобы удержаться в седле, и я была рада, что темнота скрывала мое измученное лицо. Я бы не хотела, чтобы Вито его видел. Я была совершенно разбита. Но я ни за что не признаюсь. Я не имела на это право. Мы попали в беду из-за меня. Только из-за меня.

Вито тоже молчал. Но я заметила, что он все время прислушивался, привставая в стременах, и неотрывно следил за происходящим вокруг. Но я не задавала вопросов. Значит, так было нужно. Наконец, он тронул повод моего коня, кивнул в сторону леса:

— Недалеко река. На ночь остановимся там.

Я кивнула, заранее согласная с любым его решением. Но лошади углубились в непроглядную чащу, и стало не по себе. Я робко подала голос:

— А если здесь есть дикие звери?

Вито покачал головой:

— Не беспокойся. Во мне яд ледяного змея — хищники чуют его за версту. К нам никто не приблизится.

Мы расположились на берегу небольшой речушки. На небе красовалась полная луна, и привыкшим к темноте глазам ее скупого света вполне хватало. Вито расстелил на траве свой плащ, и я села, прислонившись спиной к стволу раскидистой сосны. Лошадей привязали неподалеку, и они обдирали нежную поросль орешника.