Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

Вольфганг-Иоганн не сводил счеты с покойным командующим, не выпячивал собственную прозорливость и даже не оплакивал бергерский корпус, а в меру сил старался предотвратить будущие поражения.

– Если бы я там был, возможно, я бы и смог что-нибудь добавить. – Когда Савиньяку подворачивалась возможность проявить искренность, он ее проявлял, – да и то вряд ли. Что до общих выводов, то, на мой взгляд, прошлогодняя кампания была проиграна отнюдь не на берегу Эйвис. Фок Варзов, как и Ноймаринен, изначально признали себя заведомо слабее Бруно, с чем я согласен, и отдали ему инициативу, что я считаю ошибкой.

– Это и было ошибкой, – подтвердил, вовсю орудуя челюстями, маркграф. Сражение с молодой медвежатиной было в самом разгаре, однако мысли Вольфганга-Иоганна принадлежали желудку отнюдь не безраздельно. – Ты свою правоту доказал, вломившись в Гаунау.

– Я только подтвердил, что по тонкому льду можно лишь бежать. Дело прошлое, теперь я могу признаться, что предлагал герцогу Ноймаринену оттащить Бруно от Южной Марагоны, подняв на дыбы Северную. План казался мне осуществимым, но карты легли иначе, и в итоге прав оказался Рудольф, а не я. Впрочем, Марагону Алва отбить все равно намерен.

– Он отобьет, – Вольфганг-Иоганн перевел взгляд с пивной кружки на бутыль с можжевеловой, прикидывая, не достойна ли Марагона чего покрепче. – Бергмарк верна своей клятве, а смерть Фердинанда пошла на пользу всем. Ворон – регент, и ему никто не помешает.

– Маяки зажгутся прежде, чем сойдет снег, – маркграф таки плеснул себе можжевеловой и взглянул на сотрапезника. Ли кивнул – меры предосторожности он принял, а некоторые разговоры требуют возлияний. – Это будет хороший поход, пожалуй, я поведу свой корпус сам.

– Я хотел сказать и об этом, – Лионель поднял серебряную стопку, которую, по совести, следовало называть стаканом. – За воинов Бергмарк.

– Они пойдут туда, куда нужно, – маркграф не пил сразу до дна лишь пиво, – и мы об этом еще поговорим, но сперва я должен тебя предупредить. Ты поступил как друг и мужчина, но меня бы ты ничем не задел, а врагами лучше иметь варитов, сожри их Змей! Их всегда можно убить…

– Я пока не пьян, – предпочел улыбнуться Ли, – но ничего не понял.

– Это потому, что о некоторых вещах мужчины говорят плохо. – Хозяин Бергмарк обвел глазами стол и остановился на моченом яблоке, дело, похоже, было серьезным.

Маркграф сосредоточенно жевал, Ли ждал. Переходить к тому, ради чего он отправился в Агмштадт, следовало, лишь убрав с дороги все лишнее.

– Я знаю свой дом, – маркграф покончил с яблоком и, видимо, с размышлениями. – И всегда знал, хотя не на всё хочется смотреть и не всё можно звать по имени. Прошлый раз ты принял мое приглашение, и мы отлично провели ночь, я, ты, моя жена и ее подруга.