Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

– Бацута! – с гвардией Капрас давно расстался, а солдафон в сердцах может и сплюнуть. – Кошачья бацута!

– Мой маршал, четырежды кошачья!

Гомон толпы, чей-то заходящийся плач, глухие удары, судя по звуку – по дереву, угрюмо торчащие над людскими головами столбы и перекладины, но оцеплена не вся площадь, а только самый ее центр. Ведущие к бывшему рынку улицы не перекрыты, но зевак все равно почти нет. Жители Ксанти смотреть на казнь не хотят; будь Карло обывателем, он бы тоже… А что он бы? Молился? Заперся в погребе и подпер дверь? Схватил Гирени с деткой и в бега? Было бы куда бежать, хотя у них как раз есть: Баата обещал, и Баата примет.

– Агас, а где наши мастера? Ага, вижу!

Знакомых через головы расфуфыренных хурмецов не опознать, но с дюжину сидящих на земле связанных бедолаг под собираемой прямо на их глазах виселицей разглядеть удалось. Сборщики еще вовсю крепили боковые откосы, но Молниегрозящий павлин на самом верху хвост уже распустил. Ярко, пестро, празднично, если не знать, чего доброго, решишь, что карусель ставят, Гирени б точно решила. А это еще что за… Ах ты ж, чума оранжевая!

Прибожественного Карло заметил почти случайно. Столь высокой персоне подобало пребывать если не на особом помосте, то в седле, но Филандр подготовкой экзекуции руководил лично. Настолько лично, что изволил спешиться и встать за спинами воюющих с пронумерованными деревяшками доверенных плотников.

– Ну, – буркнул скорей себе, чем Агасу Карло, – сейчас и поговорим.

– Удачи вам, – Агас, не отрываясь, смотрел на пламенеющего красавца. – Ублюдок…

Стоящие в охранении хурмецы при виде маршала вражды не выказали и преспокойно расступились. На анастасовых вояк они не походили, а вот на напяливших мундиры чинуш – запросто.

– Решили посмотреть, как я тут управляюсь? – обернувшийся на звук шагов Филандр был весел и доволен. – Хорошо управляюсь, а вот вы кое о чем не подумали, да и я сглупил!

– Вы? – не поверил собственным ушам Карло.

– Ну, я! – легат благодушно рассмеялся. – Не сообразил, что вам надо разъяснять всё, кроме маневров. Самозванца вы разделали шикарно, но дальше, дальше… Изменники и еретики – не мухи и не мориски с кагетами, прибил и забыл. В наших делах возмездие нужно еще и должным образом подать… Погодите-ка! Молниеразящие! Пройтись по домам, тащить всех сюда… всех, кроме лежачих! Так, о чем бишь я?

– О моих просчетах, – сдержанно напомнил Капрас, Филандр понял по-своему.

– Да не ваши это просчеты, – успокоил он, – а мои! Приказ вы выполнили, награда всяко ваша, сопровождающее письмо с меня, а пушки – вон с этих.

– С осужденных? – Он что, попугать решил? Подержать под виселицей, а потом – пушки или жизнь? Гадко, но терпимо! – Мне показалось, вы… настроены решительно.