Муассанитовая вдова

Насколько мне было известно, на Оентале в прихожей принято хранить запасные тапочки для гостей, но у Лесты их не было. Как и второго полотенца для рук или дополнительного набора столовых приборов – в ящике лежали четыре вилки, четыре суповых ложки и три чайных. Судя по всему, одну девушка потеряла, но ей удобно обходиться и таким количеством.

На чердаке захухря оборудовала что-то вроде мини-кабинета: коротковорсовый ковер, письменный стол и стул. Под самой крышей, криво прибитый к наклонной поверхности, мигал диодами усилитель инфосети. Занятно. Кто ей его настроил? Всегда считал Захран самой отсталой планетой Федерации. Приятно удивил ворох пластелей со стандартными шаблонами для изучения письменности языка и термоперо. Очевидно, Леста не местная и учит оентальский, чтобы лучше разбираться в тонкостях. Машинально переложил пластиковые листы в стопку, рассматривая, и наткнулся на пластели с миттарскими рунами и транскрипцией таноржского диалекта. Она действительно молодец! Неужели лелеет мечту облететь все Миры Федерации?

Настроение тут же скатилось ниже кратера. Перед мысленным взором всплыло очередное болезненное воспоминание.

В реальность выбросило так же резко, как и затянуло в прошлое. Я старательно помотал головой, приходя в себя. Аккуратно сложил пластели и, вернувшись на первый этаж, решил спуститься в подвал. Думал, меня уже ничем не удивить, но все же, настроив диодную подсветку периметра помещения, обнаружил высокие стеллажи с самыми что ни на есть «мужскими» вещами: универсальный набор инструментов, двусторонний скотч, переносная дрель, клей-гвозди, шпатель, три рулона мембранного материала, замазка, пара ведер, лопата… Да уж, Леста полна сюрпризов. Зачем ей все? Или это для контрактников?

Так и не определившись, как отношусь к находкам в подвале, я вернулся в гостиную и прилег на диван. Ощущать себя слабым было мерзко, но как бы ни хотелось сделать вид, что месяцев рабства и экспериментов у Аюра не было, ресурсы организма не безграничны. От рогов шла уже привычная боль, растекаясь во рту легкой горечью, легкие жгло при глубоких и резких вдохах и выдохах. Тело потратило колоссальные силы, чтобы зарастить внешние раны. Прикрыв глаза, я дал себе установку проснуться, когда вернется Леста, чтобы задать ей интересующие меня вопросы, и позорно провалился в глубокий сон.

В дикой спешке я накидывала в тачку на воздушной подушке мужские брюки, клетчатые свободные рубашки, однотонные тянущиеся футболки, а также дезодорант, пену для бритья, зубную щетку, шлепки, кроссовки… Размеры брала на глаз, надеясь, что хотя бы часть одежды подойдет. Когда не знала, какой размер выбрать, хватала тот, что побольше. Пускай мешковато будет сидеть, зато налезет.